Онлайн книга «Жестокий развод»
|
— Так и знал, что сюда притащишься. Голос брата звучит неожиданно, и я вздрагиваю. Резко поворачиваю голову, он стоит справа и улыбается. — Испугался? — А ты еще тише ходи, тогда… — Замечательно. Тёма плюхается рядом со мной на скамейку, отчего та противно дребезжит. Я громко цыкаю. Этот лязг прямо по мозгам… — Можно аккуратней?! — А что? Головушка бо-бо? Из груди рвется тихий смешок. — Придурок… Снова откидываюсь на стену и закрываю глаза. Тонуть рядом с братом я никогда не умел, и хорошо, что он все-таки пришел… — Спасибо, что ты здесь, – говорю еле слышно, Тёма делает вид, что не слышал. За это я тоже благодарен, кстати… — Так как тебе Олег? Ты не высказался. — Мелкий сучонок. — А отец его? — Буйвол. — Огромный, я согласен. Но ничего, да? Набираю побольше воздуха в легкие и резко открываю глаза, переведя их на брата. — Где она вообще их отрыла?! — Так он же сказал, вроде. Бабушка отрыла. Пусть они будут ее наследием, м? Замолкаю. При упоминании бабушки сердце сжимается, а я вспоминаю, как она готовила мне прикольные, клубничные конвертики, которые я просто обожал! И с ней рядом тоже любил быть…жаль, что и там я тоже выбрал неправильно… — Я тоже по ней скучаю, – тихо говорит Артем, – И мне тоже стыдно. Надо было больше времени проводить вместе, а не заступаться за папашу. Он этого совершенно не заслуживает, о чем бабуля…всегда знала. Горько ухмыляюсь и киваю пару раз. — Да…и то верно. — Я знаю, что ты сейчас делаешь, Артур. — М? — Ты винишь себя и пожираешь изнутри. Ты всегда так делаешь… — Она меня простила. — Она наша мама. Естественно, она нас простила… — А не должна была. Ты так не считаешь? Я поступил херово. Мягко говоря. — Не ты один. — Ой, да брось. Хочу встать. Мне нужно больше пространства, но Артем не отпускает. Он перехватывает меня за руку и тянет обратно со словами: — Артур, угомонись. Да, мы оба поступили херово, и да, возможно, мама должна была бы с нами пожестче, ну и что? Это не повод сейчас достать нож с вилкой и жрать себя изнутри. Опять! — А что я должен делать?! — Попытаться загладить вину. Это твое самобичевание никому не нужно, Арт. Мы оба должны взять себя в руки и попытаться…быть для нее теми сыновьями, которых она заслуживает. Только так, другого пути нет, пойми ты это! — Думаешь, я не понимаю?! — Прекрати себя жалеть, – звучит тихая правда, – Просто прекрати. Она простила и дала шанс, так докажи, что ты достоин этого шанса, окей? Губы искажает еще одна горькая ухмылка. — Какая глубокая философия…когда ты успел стать таким умным? — Не знаю. Как-то так само вышло, – Тёма подхватывает мои попытки увести тему из опасного русла и улыбается, но потом…становится тише. Во всех планах. Воздух между нами снова становится гуще… — Арт, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Поверь. Я тоже это чувствую. Мы не должны были вести себя так, но…мы получили прощение. Это шанс все исправить, и первое, что ты сейчас должен сделать…как бы это ни звучало, но тебе надо простить и себя тоже. Самому. Не опираясь ни на кого, только на себя: простить и отпустить. — Легко сказать… — И трудно сделать. Я до сих пор пытаюсь, но это лучше, чем страдать от самобичевания и заниматься самоедством. От всего этого поэтичного бреда никому не будет лучше. Прости себя за то, что ты допустил ошибку, окей? Так бывает. Прости себя, чтобы встать и начать действовать, а не тонуть на месте. Мы ей все еще нужны, и ей все еще без нас сложно. Не ради себя, ради нее. Прости… |