Книга После развода. Самая красивая женщина, страница 26 – Ария Тес

Тогда я записалась к психологу. У меня не было проблем с адаптацией во Франции. Во-первых, язык я учила в школе, а еще мы почти каждое лето приезжали на пару месяцев к тете Инне на каникулы. Если летом не получалось, то осенью или зимой — точно. Во-вторых, я достаточно быстро перестроилась на новый лад и на новое окружение из-за того, как резко и быстро взлетела моя карьера. Пришлось, так сказать. Но! Было одно жирное «но». Все-таки рассказывать про свою боль ближе было на родном языке, поэтому психолога я нашла по интернету и занималась с ним онлайн. И нисколько не жалею о том, что это сделала. Иначе было никак.

Теперь я улыбаюсь. Три года прошло с того момента, как моя жизнь перевернулась с ног на голову, и да, теперь я улыбаюсь каждому, новому дню. И это потрясающе.

Я ведь до сих пор помню, каково это — забыть, как можно радоваться и смеяться. Это похоже на глубокую яму, из которой нет выхода и где нет света, нет солнца, нет ничего, кроме долгой и абсолютной агонии.

Сейчас все не так.

Три года прошло. Мне потребовалось много времени, чтобы собрать себя по частям. Это был очень-очень долгий путь с психологом, антидепрессантами и снотворным, но теперь я точно могу сказать, что я — другой человек. Он родился три года назад на обочине трассы между загородным комплексом и маминым домом, а сейчас он окреп и готов к любому повороту судьбы. Даже самому гадкому.

Я немного ежусь от легкого ветерка, а потом поворачиваюсь и иду в душ. Пора собираться.

* * *

Мне нравится наряжаться.

Дух Парижа пропитан в каждой, по моему мнению, секундочке моего здесь нахождения, и мне нравится передавать это в своей одежде.

Я провожу ежедневный ритуал: принимаю душ, наношу ароматный крем, потом укладываю волосы, а потом подхожу к своему шкафу. Для меня теперь это целое, волнительное приключение — выбирать себе платье, которое обязательно подчеркнет мое настроение. Сегодня я немного волнуюсь, поэтому выбираю строгое платье-футляр синего цвета. Этот цвет означает спокойствие и логику, которой сегодня мало точно не будет.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Надо держать себя в руках.

Спокойствие и логика перед встречей с мамой — самое то.

Выхожу на улицу и дохожу до своей любимой кондитерской, где покупаю красивые пирожные к чаю, а пока их упаковывают, бросаю взгляд на Эйфелеву башню. Я живу совсем недалеко от нее, и мне нравится писать и смотреть, как она переливается во тьме всеми огнями мироздания. Очень вдохновляет, поэтому я и выбрала именно эту квартиру, а потом сделала себе рабочее место у окна, которое как раз выходит на главную достопримечательность Франции. Многие мои романы родились именно под ее свечение, и вчера я как раз заканчивала работу над последней главой очередной своей истории, которую я собираюсь увести в Россию.

Мама против.

Она не хочет, чтобы я возвращалась, но мне это нужно. Честно? Я уже почти не думаю о Глебе, но иногда, когда это все-таки происходит, я чувствую неприятный, горький осадок на кончике языка, потому что…черт, ну не было у меня сатисфакции, понимаете? Я сбежала тогда, три года назад, как крыса! Испугалась бороться за свое! Испугалась столкнуться с его безразличием лицом к лицу, о чем часто жалею. Нельзя было так поступать. Не в деньгах дело, само собой, просто... Нельзя…позволять сделать с собой все, что ему было угодно, улыбнуться и кивнуть на все абсурдные предложения. И да, я понимаю, что вряд ли смогла вывести суд и все то, что за этим последовало бы, особенно учитывая тот факт, что он женился вновь через четыре месяца.