Книга Бывший муж. Я к тебе не вернусь, страница 125 – Ария Тес

Вот такая странная система, которую могут понять разве что другие близнецы.

Хмыкаю.

Тим тоже.

И мы замолкаем…

А потом я вдруг выпаливаю:

— Я хочу знать, что ты видел.

Чувствую, как брат переводит на меня взгляд. Я на него не смотрю. Не хочу. Я хочу слышать, а не видеть.

Знаю, почему Тим так отреагировал на маму тогда. Знаю, почему он на нее наорал. Знаю-знаю-знаю…я его за это простил, конечно же, но наверно только наполовину. И то лишь потому, что я — это он, и я его понимаю.

После Светки все пошло по пизде. Тим стал подбухивать, покуривать, скатываться по оценкам. Хорошо, что у мамы получилось уговорить его пойти на актерское, чтобы выплеснуть эмоции. Хотя…если честно, то я считаю, что его место на бизнес-факультете. Он не верит. Не верит в себя, понимаете? Родители к нему относились с большим вниманием, и я на них за это совсем не злюсь.

Потому что он — это я, и я принимаю их заботу и на свой счет, просто мне больше можно доверять. Просто я более спокойный и рациональный, но не сейчас, конечно же.

Сейчас я киплю! Я не могу успокоиться! Я злюсь! За все! За шлюху отца, за то, что он меня разочаровал, за то, что я мысленно ставлю между нами знак «равно», ведь мы так сильно похожи…за то, что я расстался с Аленой, хоть и понимаю, что это на благо.

От нее мне тоже башню рвет, но Алена…она не нежная принцесса, а самая настоящая сука. Она делает меня психом. Она играет на моих нервах. Между нами дикая страсть, но в ней нет разума. В ней одно только дерьмо, если честно. Пиздатая похоть, а за ней обвал по всем фронтам.

Из-за нее я не могу сосредоточиться. Все идет по пизде. Все снова идет по пизде…

А Тим? Все, что он говорил маме, он говорил самому себе. Я это знаю. Он винит себя за то, что произошло у них со Светкой. Он думает, что мог бы быть лучше, острее, трахаться, полагаю, устойчивее? Не знаю. Не знаю…но все, что он говорил маме — это претензии себе. Не ей. Просто накрыло, и я его сейчас не оправдываю. Я знаю. Как себя, так и его знаю…

Прикрываю глаза.

Как ты мог, блядь? Папаша…как ты мог сделать ей больно? Она ведь тебя любила… а ты… да еще и с кем! Точно, у Тима тяга к шалавам от тебя.

— Я видел его с ней, — аккуратно говорит Тим, и я шумно вдыхаю через плотно сжатые зубы.

— Это я уже слышал.

А теперь хочу услышать полную версию. Без купюр. Давай. Говори!

— Что ты видел?! — повторяю, и Тим сдается.

Он встает с постели, а потом я слышу, как чиркает зажигалка. Тупая привычка. Я ее не одобряю, но ему так проще.

— Мама унюхает, — говорю, он усмехается.

— Мама расстроилась и пошла полежать. Я ей сказал, что поговорю с тобой.

— Тогда чего ждем? — хмыкаю и снова смотрю в потолок, подкидывая дурацкий мячик, — Что ты видел?

Тим делает крупную затяжку, потом выдыхает дым в окно и усмехается.

— Я видел, как он шел с ней в гостиницу.

— Ммм… — тяну со злостью, — И, видимо, он перся туда, как гребаный завоеватель и…

— Нет, — мягко перебивает он меня, а когда я снова смотрю на брата, тот жмет плечами, — Он не был похож на всех этих мужиков. Он был…другим.

— Другим? Каким? Что это означает? Твое загадочное «другой…»

Бесит его многозначительный взгляд. Я обычно все его взгляды понимаю, но не этот. Потому что, видимо, не хочу я нихрена понимать.

Не. Хочу.

— Хочешь это услышать? Окей. Он был…напуган.