Книга Близость, страница 6 – Ария Тес

Уф…

Но переживания есть все равно.

Все-таки, это Москва. Здесь модели, киноактрисы, да и в принципе больше женщин. Сравним статистику: в Екб сколько? Полтора миллиона? А в Москве? Только по официальным данным тринадцать. Видите? Мягко говоря, во много раз больше соблазнов.

Мне страшно.

Вдруг он изменился? Или не будет мне рад? Или...не один?

Я этого дико боюсь. Дамир у меня не такой, и это мне известно, но...боюсь.

Поэтому, когда выглядываю из-за плотной шторы и нахожу его глазами, сердце замирает.

Он один? Нет. Вокруг него много людей. Наверно, его друзья и его команда. Есть ли там женщины? Есть. Они смотрят на него? Уверена, что да. Дамир - красивый. Я слышала еще в детстве, как мама с тетей Ингой сидели у нас на кухне глубокой ночью. Выпивали. Культурно. И тогда прозвучала фраза, которую я запомнила на всю жизнь:

«Красивый мужик - горе в семье».

Я тогда не поняла. Да и потом, когда мы с Дамиром стали встречаться, тоже. Как это горе? Если…это счастье?

Дальше до меня, конечно, дошло. Мне завидовали, нас пытались разлучить, его пытались увести. Не раз. Он никогда не поддавался, конечно, но опять же. Москва.

Она соблазнительна и прекрасна. Истинная королева.

Я ее представляю именно женщиной почему-то. Дико сексуальной, искрящейся, манящей. У нее великолепная фигура, пышные шоколадные волосы и игривая улыбка.

И я боюсь, что…ну, вдруг Дамир поддался ее чарам? Глупо так. От перемены мест сумма не меняется. Город никак не влияет на внутреннюю составляющую, но…

А вдруг, да?

Ладно, я не узнаю, пока буду прятаться. Пора выходить.

Я не боюсь сцены. Никогда не боялась и никогда, наверно, не буду. Сцена - это мое место силы. А музыка - это мой способ высказать свои чувства.

Признаюсь честно, что московская сцена - это несколько другое. Даже в этом загородном ресторане - другое. Публика, настроение. Я вижу отражение столицы в них. Высокомерное величие, королевство в ДНК. Они под ее контролем, а сама она будто сидит за барной стойкой, смотрит на меня и хмыкает. Мол, ну, давай. Покажи, на что ты способна.

Меня немного парит внимание здешней фауны, но я вспоминаю, что мне действительно не о чем переживать. Расправляю плечи, незаметно поправляю юбку, а когда смотрю на Дамира, все пропадает.

Мир сужается до него. До его улыбки, смеха и голоса.

Он пока меня не видит. Сидит на втором этаже в окружении своих друзей, но сейчас все изменится.

И я знаю, что изменится круто.

Так всегда бывает…

Приближаюсь к микрофону и говорю:

— Добрый вечер.

Дамир моментально реагирует на мой голос и резко переводит взгляд в сторону первого этажа - улыбаюсь сильнее.

— Сегодня я хотела бы поздравить с днем рождения совершенно особенного человека.

Вижу, как он буквально вскакивает с места и летит к перилам, в которые цепляется до белых пальцев.

— Никеевский, прошел еще один год, а я люблю тебя еще больше.

Буквально сердцем чувствую его тихий, удивленный смешок. А потом играет музыка.

Я выбрала одну из самых сильных песен о любви: Whitney Houston - i have nothing.

Мне она по зубам. У меня сильный, красивый голос, и стоит мне пройти вступление и впервые его показать, как отовсюду доносится свист и аплодисменты.

Но мне они неважны.

Точнее, важны, но не сейчас.

Я смотрю на Дамира, к которому подтянулись его друзья. Они что-то говорят, но он их будто не слышит.