Книга Близость, страница 26 – Ария Тес

Он выдыхает еще один смешок, который на этот раз означает веселье, а не удивление.

— Рискну. Пустишь?

— А у меня есть выбор?

Нет, его нет.

Поворачиваюсь, чтобы зайти в квартиру, но благоразумно добавляю.

— Только веник свой оставь за порогом. Я не принимаю цветы от чужих мужчин.

Не дожидаясь ни ответа, ни его, я иду на кухню. Резко захотелось пить, тем более вдруг вода погасит немного мою злость? Вести конструктивную беседу на взводе - так себе идея. А я хочу добиться ясности, раз уж он сам приперся, а не заниматься переливанием острых шуточек из пустого в порожнее.

По крайней мере, можно высказать с достоинством все, что я думаю об этом человеке.

Расставить точки над i, так сказать.

Только как я собираюсь их расставлять, а не залить уродливыми кляксами всю свою раскраску, если стоит мне услышать шаги, как я сжимаю стакан сильнее от злости? Не знаю. Полагаю, никак, но терпи. Давай. Соберись и терпи.

Вздыхаю. Золотов останавливается за моей спиной и кладет что-то на гарнитуру посередине кухни. Ясно. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять: он на мои слова положил свой надменный болт. Конечно. Кто бы сомневался.

— Я, кажется, просила.

Даня усмехается.

— Расслабься, цветы не от меня.

Что?

Резко поворачиваюсь, хмурюсь, а он жмет плечами.

— Видимо, Дамир прислал. Когда я приехал, то встретил курьера, ну и договорился, чтобы он передал их мне.

— Зачем это? - прищуриваюсь с недоверием, которое его, кажется, забавляет.

— А ты бы мне открыла, если бы я не пихнул их в дверной глазок?

Да, потому что я в него особо и не смотрела, но тебе знать об этом не нужно. Молча поворачиваюсь спиной обратно. О чем говорить? Без понятия.

— Брось, ты мне настолько не доверяешь? - усмехается Золотов, - Я цветы не дарил с начала одиннадцатого класса, когда мать заставила принести их учительнице. Считаю, что это банальщина и пошлость.

Во-о-от в это я верю. Хмыкаю.

— Господи, как я сочувствую твоей жене.

— Не стоит. Отсутствие сопливой романтики я заменяю хорошими украшениями и поездками на шопинг в Милан.

Ну да. А это такой равноценный обмен. Впрочем, свое мнение я оставляю при себе. В отличие от некоторых, это мне по силу - не лезть со своим дебильным мнением в чужую жизнь и семью.

Не мое дело.

— Зачем ты приперся? - спрашиваю грубо, резко и в лоб, при этом поворачиваюсь и аккуратно снимаю цветы.

Они от Дама, больше не от кого. Значит, я поставлю их в вазу, несмотря на то, что этого едва ли хватит, чтобы погасить мою обиду, но приятно. Да, приятно. Что он обо мне подумал.

Золотов наблюдает за мной с интересом, и это начинает раздражать: снова взгляд и долгое молчание.

— Мне полицию вызвать?

Слышу очередной смешок.

— К чему такие крайности?

— Я серьезно. Что. Тебе. Нужно?

— Может быть, стало интересно, насколько профессионально ты можешь прописать двоечку?

Резко поворачиваюсь - Даня сразу поднимает руки и кивает со смехом.

— Ладно, ладно. Прости. Не буду шутить и пытаться разрядить обстановку. Ты, видимо, совсем не в настроении.

— Я все еще не слышу ответа.

Ставлю цветы на кухонный гарнитур, сама поворачиваюсь, прижимаюсь к нему задом и скрещиваю руки на груди. Поза максимально напряженная и закрытая, взгляд тяжелый. Я четко даю понять, что не настроена на легкую беседу, а по-хорошему, вообще ни на какую.