Онлайн книга «Свободный брак»
|
— Миша…Миша, подожди, - шепчет глухо, схватившись за мое бедро, - Защита… — Да ебал я ее в рот! - рычу на ухо, прикусывая мочку, потом шлепаю ее и начинаю движение. Она больше не спорит. Ника податливая. Она, как глина. Сначала я даю ей немного времени привыкнуть к себе, но потом разгоняюсь до нужно скорости и трахаю ее так, чтобы из глаз искры посыпались, а из головы вся дурость ушла! Она взрывается первым оргазмом. Ноги дрожат, сама она сотрясается, издает стоны, граничащие с воем, чуть не падает. Ох-ре-неть. От члена она оргазмирует просто космически! Я сам готов снова оплошать, пока малышка сжимает меня туго и часто, но держусь. Замираю. Двигаюсь легко, а еще опасаюсь серьезно вот о чем: не кончим ли мы оба с такими пируэтами в ближайшем отделении травмпункта?! Все-таки кафель. Мокро. А ее ноги не держат, меня тоже могут подвести в любое мгновение! Нет. Хватит одного придурковатого воспоминания. Подхватываю размякшее тело и несу обратно в спальню. Кидаю ее на смятую постель. Ника мокрая, кожа гусиная, сама все еще купается в отголосках первого оргазма, и я не даю придти ей в себя, сразу ложусь сверху и снова наполняю. Ноготки больно вонзаются в спину. Шиплю, но не мешаю. Я снова разгоняюсь до долбящего темпа, кусаю ее губы, сжимаю ягодицы, почти кончаю…снова! Да черт возьми! На этот раз приходится представлять дохлых крыс, чтобы не опозориться, и так я довожу ее до второго оргазма. Она плотно обхватывает член изнутри. Пульсирует на мне — дыхание сбивает, и я замедляюсь. Стоп. Нельзя. Жду. Еще жду. Мертвые крысы танцуют вальс. Не помогает! Ни мерзкая шерстка их, ни глаза безжизненные! Я на грани, поэтому резко выхожу из нее и слезаю на пол. Дергаю Нику за бедра и с упоением пробую на ней французский поцелуй. Только для взрослых. Она впивается мне в волосы пальцами. Продолжает вести. Я поднимаю глаза и вижу, как она выгибает спину. Как красиво ее грудь выглядит с маленькими бисерками воды, и как чертовски ей идет частое, приятное дыхание. Оно с каждым поворотом языка становится все быстрее, а когда я накрываю ее грудь и сжимаю сосок между пальцев — девочка взрывается третьим оргазмом. Черт! Как же она прекрасна в этот момент. Мне душу рвет зрелище — ножки дрожат, сама она задыхается, щеки красные, а глаза…это не глаза, а целый океан! С тайнами, с пороками, со всем-всем-всем, что мне так нравится. Смотрит на меня пьяно, а потом вдруг садится и тянет меня на себя, целует. Размазано, требовательно, страстно. Я отвечаю ей также. Обнимаю за плечи и снова вхожу в нее, но на этот раз плавно. Двигаюсь тоже плавно. Пробую. Каждую ее глубину, каждую нашу секунду. Они сладкие, как лучший десерт, они вкусные, и я не знаю, как жил без этого всю жизнь. Я еще в тебе, а я уже скучаю — думаю, когда заглядываюсь на нее, убираю волосы с лица и слегка улыбаюсь. — Ты прекрасна… — Пожалуйста…не останавливайся…еще… — Как скажет моя королева. Дергаю бровями хитро, снова целую ее, а потом кладу руку на ее и сцепляю их в замок, парой размашистых движений довожу ее до четвертого оргазма и резко вытаскиваю член, чтобы закончить на плоский, красивый животик. Вот так… * * * Мы смогли остановиться только глубокой ночью, и даже для меня это сильно. Лежу, не могу пошевелиться, ноги дрожат. Ника в таком же полуобмарочном состоянии лежит рядом. Так жарко…но я все равно прижимаю ее к себе. Она не пытается вырваться. Уткнулась носом в грудь, молчит. А я внезапно начинаю ржать, когда вспоминаю унылый презерватив под кроватью. |