Книга Дай мне развод, страница 4 – Ария Тес

Итак. И куда мне встать? К столу? Может сесть на его огромное кресло? Для эффектности, так скажем. Чтобы выглядеть круто? Как будто я действительно уверена в себе? Главное, не тушеваться. Сегодня я хочу быть другой. Не зайчиком, как он меня часто называет, а сильной женщиной. Притягательной. Да! Потому что я такая и есть! Надо ломать привычки, правильно Нур говорит. Спокойная гавань, конечно же, хорошо, но иногда небольшая буря тоже отлично. Она смывает стены. В теории.

Ладно. Так. На стол присесть или в кресло?

Я замираю, прикидывая в уме. Для меня это как какое-то математическое уравнение, в которых я абсолютно ничего не понимаю, но я слышу шум, и это уже неважно. О нет! Он здесь! Он сейчас откроет дверь! Я же совсем не готова! Черт-черт-черт!

Ключ звенит в замочной скважине, пока в моей голове пульс бьет, как колокола в большой праздник! Черт возьми! Такая паника накрывает, адреналин, и…я выбираю один из вариантов. Правда, ни первый и не второй, а третий. Тупой.

Резко присаживаюсь на корточки и залезаю под стол.

Твою мать…ну ты и дура, Дарина…

Чувствую недовольство внутри себя, но оно гораздо тише страха, смущения и других моих привычных реакций. Поэтому перестаю дышать. Прислушиваюсь, а потом…

— Тише, тише…

Шепот. Такой горячий, эмоционально нестабильный шепот. Из-за частых, громких выдохов…женских.

— Ильяс, подожди!

Звонкий смех.

Он ударяет по мне так сильно, что я застываю и хлопаю глазами, как дура. Не могу понять, что происходит. Не могу срастить.

Стон.

— О боже!

Рык.

— Не рви только!

Крр-р-р-р…

— Ну вот…порвал.

Тихий-тихий смешок, смешанный со стоном. Грохот. От него я вздрагиваю, а потом ползу за пределы своего укрытия, чтобы…чтобы что?! У меня нет ответа на этот вопрос. Потому что я не знаю, что я хочу там увидеть?! Но мне это нужно. Опять же зачем-то.

Может быть, надежда, что это не он? Может быть…не знаю…что это какая-то игра или прикол? Шутка дурацкая?

Увы, нет. Это не что иное, как правда, не что иное, как полный провал.

Спину мужа узнаю сразу. Его сложно с кем-то перепутать из-за длинного шрама под правой лопаткой. Мне он нравился, сейчас тошнит от воспоминаний, как я его касалась. Хотя какая разница? В него сейчас красными ногтями вцепилась какая-то бабища, которая то ли смеется, то ли визжит как свинья.

Окатывает ненавистью. За то, что она трогает то, что мне принадлежит по праву, но с другой стороны…он то не против. Целует ее жестко, грубо оттягивает волосы, рычит. Потом теряет терпение, подсаживает жгучую брюнетку под бедра прямо на длинный стол. Но укладывает ее медленно, уперев крупную ладонь между груди.

Нет! Не хочу этого видеть! Этими руками он сегодня с утра меня касался, а теперь…

Мое сердце так часто бьется, а где-то в районе солнечного сплетения — ад. Там разверзся ад, я ведь продолжаю слышать. И его тяжелое дыхание, и ее довольное мурчание.

— Ильяс…

— Тихо.

Грубо. Хочется на этом остановиться, но я с горечью признаю, что звучит это еще и страстно…Я его совсем не узнаю. Со мной он таким не был. С ней да — со мной никогда. Вот что тебе было нужно? Вот что на самом делетебе нравится? А я? Это все было притворство? По-быстрому, без света, просто выполнить долг? Сейчас он не медлит. Слышу режущие на части поцелуи, стоны, а когда гремит ремень, резко закрываю ушки руками.