Онлайн книга «Снова ты»
|
— Да брось. Два рюкзака, один…какая разница? — Большая, Ром. Ты ее очень балуешь. — Она моя любимая дочь… — И моя тоже, но так нельзя, - строго смотрю ему в глаза, - Ты же не хочешь, чтобы она выросла капризной девчонкой, правильно? Рома усмехается. — С такой мамой? Это без шансов. — Несмешно. Тебе нужно быть более строгим, понимаешь? — Я буду стараться, но…не обещаю, - Измайлов делает ко мне шаг, чтобы снова обнять. Он оставляет нежный поцелуй на шее и шепчет. — Вот с парнем я бы был строже, а ты, наоборот, его баловала. Да? — Рома… — Знаю, знаю. О втором ребенке рано думать, у тебя салон и все такое, просто…я просто хочу сказать, что люблю тебя. И когда ты будешь готова к еще одному ребенку, я стану выше, чем «самый счастливый в мире мужчина». — Умеешь ты подлизаться… Его смех становится бархатным, тихим и интимным. Я прикрываю глаза заранее, потому что знаю, что сейчас последует классическая, развратная шутка от Ромы. — Что-то ночью ты не особо жаловалась… — О боже! С губ срывается мой тихий смех. Я оборачиваюсь, обнимаю Рому за шею и мотаю головой. — Мне когда-нибудь надоедят твои пошлости? — Надеюсь, что нет. Но если ты действительно устанешь, я буду придумывать другие шутки. — Обещаешь? - шепчу. Рома на миг становится серьезным, но потом двигается ко мне и кивает. — Обещаю. Я люблю тебя и всегда буду тебя любить. Прикрыв глаза, я наслаждаюсь его нежным поцелуем, который перебивает крик Маши со второго этажа. Она зовет Рому на помощь с рюкзачком, и он уходит, не забыв шепнуть мне еще одну пошлость о той ночи, которая нам предстоит, пока наш вулкан будет у его родителей. Оставшись наедине в свете солнца, я подхожу к Коту, глажу его, а сама снова смотрю на фотографии. С них мы по-прежнему улыбаемся, и это похоже на вечность. Словно ничто не сможет никогда разрушить наше счастье. И лишь на миг мне становится страшно. Память все еще существует, но нужно признать, что я ее почти не слышу. Порой мне кажется, что та история не была нашей, а наше началась только с рождением ребенка. Она сделала нас целыми, однако…да. В моменты великого счастья, порой, мне становится очень страшно. Не из-за того, что я не верю или сомневаюсь в Роме, просто…мне очень страшно, что однажды я все потеряю. Встряхиваю головой. Кот трется о мое кольцо, словно напоминая: дура, успокойся! Ты ничего не потеряешь, потому что вы — это судьба. Никто и никогда не любил друг друга так сильно… В душе расслабляются все узелки. Их осталось мало, и я редко слышу шепот своей памяти, а сейчас… С фотографий на меня по-прежнему смотрим мы, и это истинные мы. В каждой позе — близость и притяжение. Рома везде тянется в мою сторону, склонив голову или весь корпус. И я — я делаю то же самое. Да, у нас были плохие дни, и да, у нас есть свой багаж, но… Я его почти не слышу. Думаю, сегодня…станет тот последний день, когда я услышу его тоже в последний раз. Сегодня я скажу ему, что снова беременна. Это мой подарок, который мы не планировали, но о котором я не жалею. Я ни о чем не жалею, ведь мой прыжок веры удался на славу. Я знаю, что Рома будет безумно счастлив, и он больше никогда не причинит мне боли. Рома вырос. Он стал отцом, он стал мужчиной. И я — я тоже изменилась. Думаю, мы стали наконец-то готовы к настоящим, взрослым отношениям, наполненными уважением и ценностью. Когда-то давно это было, но этого было недостаточно. Сейчас…все иначе. А значит, будет еще много фотографий, успеха, и хитрых, жирных макарон в возрасте восьмидесяти лет. Прямо сейчас, прикрыв глаза, я почти слышу их фантомный запах и улыбаюсь… Я счастлива. И я не ошиблась, потому что без него…не было бы ничего настолько же яркого. Мы же судьба друг для друга…мы — одно целое. — Мама! Иди сюда скорее! - слышится требовательный голос Маши. На него сразу срывается Кот, а я усмехаюсь, беру телефон и отключаю все звонки. Вернувшись в Россию, я не пошла ни в какой журнал. Я занялась тем, что внезапно очень сильно полюбила — созданием свадебных платьев. За четыре года Рома помог развить мой маленький бизнес, и теперь мой салон — один из лучших в Москве. Но там все устроено и поставлено, так что я могу себе позволить выходной. Телефон отправляется в корзинку, а я иду на веселый смех дочери. Иду помогать своим. И так тепло в груди… Моим… Нет, я не жалею. Как же хорошо, что когда-то мне хватило смелости поверить и позволить своему сердцу вести, ведь его никогда не обманешь. Оно чувствует, где твоя судьба, а где что-то, что никогда ей не станет… Конец |