Книга Горец. Его любовь, страница 82 – Валерия Ангелос

Однако Игорь Борисович вызывал доверие. И я не представляю, как могла настолько ошибиться. Но…

— Что вы решили? — доносится голос доктора.

— Что?

— Аборт возможен только в ближайшие… — начинает он снова.

— Нет, — нервно мотаю головой. — Никакого аборта.

— Вы не спешите так, — замечает. — Подумайте еще. Несколько дней в запасе у вас точно есть.

— Стоп, пожалуйста, давайте больше не будем про аборт, — ощущение, будто горло сдавливает, но я делаю над собой усилие и продолжаю. — Вы уверены, что сейчас ошибки нет?

— Простите? — недоуменно поднимает брови.

— Ну если Игорь Борисович ошибся, то значит, и вы могли. Как мне понять, кто тут прав?

— Варвара Александровна, это же не шутки. У нас серьезная клиника. Да, Игорь Борисович нас серьезно подставил своей халатностью, однако же прежде, чем с вами общаться, мы тщательно изучили документы. Более того, я лично провел УЗИ. Разумеется, аппарат не покажет всего, но есть явные признаки отклонений.

— Покажите, — говорю. — Объясните мне, что это за признаки.

Хочу разобраться во всем. Хочу понять.

Но вскоре сильно об этом жалею. Потому что становится только хуже. Какие-то термины, диагнозы.

Затылок ноет. В ушах стоит гул. В один момент перестаю разбирать речь врача, перестаю понимать, что он вообще сейчас говорит.

Наверное, это не так плохо. Ведь мне уже дурно от обилия информации.

Он показывает мне результаты тестов, снимки УЗИ. Поясняет все. И каждое новое его пояснение сводится лишь к одному.

Шансов у моих детей мало.

Бывают разные виды генетических нарушений, но здесь все критично.

Когда врач снова заводит разговор про аборт, когда предлагает прямо, мои нервы попросту не выдерживают.

Поднимаюсь.

— Варвара Александровна…

Он порывается за мной. Но я взмахиваю рукой, прошу его не приближаться. Он что-то еще торопливо говорит.

Я уже берусь за ручку двери. Открываю.

— Вам нужно сообщить все вашему супругу.

Замираю. Потом медленно оборачиваюсь.

— Советую обсудить решение вместе, — добавляет врач. — По тому с чем я сталкивался на практике, могу сказать, что для матери такое решение принять тяжелее.

— Отцу, значит, проще?

— Не то чтобы…

Нет. Достаточно.

Вылетаю из клиники как ошпаренная. Прихватив документы. На выходе медсестра пытается что-то возразить, но я уже устала от этих разговоров. Необходимо оказаться в тишине. Спокойно все обдумать.

Пока лишь одно понимаю четко — никакой аборт я делать не собираюсь.

А Джамал…

Не знаю.

Конечно, мне хочется верить, что он меня поддержит. Но даже если нет, для меня ничего не изменится.

Аборта не будет. В любом случае.

Выхожу на улицу. Смотрю на ясное небо, на сияющее солнце. Еще недавно я бы порадовалась хорошей погоде, а теперь… внутри полный раздрай. Плохо понимаю, как собраться, как взять себя в руки. Как принять происходящее.

Сильно меня выбивает.

Но я же… справлюсь?

Не первый раз жизнь вот так по голове бьет. И не второй. Конечно, ничего похоже у меня в прошлом и близко не было.

Самое страшное — потерять ребенка.

Веду ладонями по животу.

Может вот откуда тревога? Что-то все же почувствовала? Что-то было не так и вот, теперь все прояснилось.

Глаза щиплет. Но я запрещаю себе плакать. Нельзя. Нужно как-то самой с собой договориться. Поплачу позже. А пока… мои дети и так под угрозой.