Книга Приключения Эммы Вавилоновой. Убийство в родовом гнезде, страница 41 – Евгения Султанова-Ус

— Чтобы Вы не сказали, как бы ни пытались меня оскорбить, я знаю правду о Вас, — прошипела она, делая шаг вперёд, поднимаясь на ступень выше. — Вам претит сама мысль о том, что придётся работать с девчонкой! Чтобы этого избежать, Вы готовы на что угодно. Даже на убийство, так?

Глаза Николая сузились в маленькие щёлочки, а губы искривились в злобной насмешке.

— Что ты несёшь, — произнёс он, отступая от Эммы.

«Как же он гадок на самом деле», — подумала Эмма. Её несло, не могла остановится.

— Вы отвратительны. Я знаю про запись, знаю про Ваш порочный роман со служанкой. Не Вы ли дали ей денег недавно? За что, за услуги? — догадка осенила Эмму внезапно. Несчастный вид Марии, её грубость, слёзы, деньги в кармашке, несколько слов на обороте листка бумаги. — Или она забеременела от Вас, а деньги, чтобы избавиться от нежелательного ребёнка? Да вот ещё, Вы хотите прибрать бизнес моего дяди в свои руки. Это я прекрасно знаю! Не Вы ли пытались убить меня в церкви, чтобы избавится от ненужной девчонки?! Думаете, моя мать продаст Вам часть бизнеса, и Вы навсегда лишите нашу семью дела? Да это дело из поколения в поколение передавалось в семье Вавилоновых! Это наша семья создала его! Вам не видать части моего дяди. Она больше Вашей, разве не так?

Последнее было лишь предположением, но Эмма была уверена, что права. Она видела как побледнело лицо её собеседника, а руки задрожали. Он взметнул ими вверх, будто говоря, что Эмма несёт чушь. Эмма опустила взгляд на рукав его пиджака. Что-то кольнуло внутри. На рукаве не было пуговицы. Она была оторвана.

— Какую ерунду ты городишь, мелкая тварь! — взвизгнул он. — Нет никакого романа со служанкой, это было то всего раз и тем более она не беременна от меня! А если и залетела, то точно не я отец её ублюдка. И…

Но Эмма перебила:

— Пуговицу не теряли?

Девушка сделала ещё один шаг вперёд.

— Вы! Это Вы убили дядю! Так? Я нашла оторванную пуговицу в его спальне.

Лицо Николая то бледнело, то краснело. На нём отразился испуг.

— Что за ересь ты несёшь тут, девчонка!

Он посмотрел на рукав пиджака. Глаза расширились от удивления.

— Держу пари, Вы даже не заметили, что потеряли эту пуговицу. Вторая в точности такая как та, что я нашла, — она кивнула на второй рукав пиджака.

— Заткнись! — взревел Николай. — Я не убивал твоего дядю. Да, я хотел выкупить его часть бизнеса, да, я был не согласен с его решением передать дела тебе, но я бы не стал убивать его за отказ.

— А как же пуговица?

— Что за пуговица такая?

Раздался третий голос снизу лестницы. Вкрадчивый и тихий. Николай отчаянно провёл рукой по волосам.

— Вам конец, — прошептала она, зная, что Николай слышит её.

Она обернулась.

— О чём ты говорила сейчас, Эмма? — со спокойный видом спросил Матвей (хорошо, что это оказался не Львов), поднявшись на лестницу и останавливаясь как раз напротив Эммы.

«Черт», — ругнулась про себя Эмма. Кажется она опять влипла из-за своего собственного языка. И что ей теперь делать? Матвею придётся всё рассказать. Он не вовремя появился! Она бы вывела Городецкого на чистую воду, но теперь она профукала свой шанс.

— Я слушаю. Внимательно, — Матвей заинтересованным взглядом оглядел Городецкого. А Эмме вдруг захотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть вот прямо сейчас, чтобы и следа не оставить на этой лестнице, ведь она только сегодня говорила с Матвеем и ни словечком не обмолвилась о своих находках. Эх, ей бы сейчас оказаться где-нибудь подальше, в Екатеринбурге, например, в её с Тимом квартире. Но это было невозможно. И Эмма хорошо понимала сей факт.