Книга Прости меня, Вероника!, страница 143 – Евгения Султанова-Ус

— Я вообще не понимаю, зачем она так со мной. Сказала, чтобы я удалила её номер.

Мне очень обидно. Марк обнимает меня, гладит по волосам.

— Ну, и хрен с ней, малыш, – говорит. – Она не стоит твоей дружбы.

— Но я ведь любила её.

— Знаю, маленькая. Знаю.

Снова плачу. Но Марк меня успокаивает.

— Ты ведь хотела что-то там пожарить, – тихо говорит он. – Передумала?

Чёрта с два! Ничего подобного. Пусть Рита не хочет со мной общаться. Я не буду больше плакать из-за этого. Какие бы ни были у неё причины быть со мной столь жёсткой, мне на них плевать.

— Я не передумала, – улыбаюсь я. – Пойдём жарить сосиски.

Я встаю с дивана. Тяну его за собой.

— Вот такая девочка мне особо нравится! – смеётся Марк. – Улыбка тебе идёт больше, чем слёзы, милая.

— О, я и не сомневаюсь! – восклицаю. – Кому нравятся красные глаза и сопливый нос!

Марк ржёт.

Мы берём всё, что нужно для жарки, одеваемся и выходим через дверь в гостиной на задний двор.

Двор небольшой. Сад. Стоят какие-то деревья.

— Я хочу пройтись по саду, – говорю Марку, оглядывая всё вокруг.

— Даже не думай, – отвечает.

Я кошусь на него. Он переворачивает решетку с купатами. Поправляет их. Обжигает палец, морщится.

— Что это так?

Глядит на меня.

— Ты утонешь в снегу.

Очень кратко. Но я не собираюсь отступать. Пожимаю плечами.

— Ну, так иди и расчисти снег.

— Ты серьёзно? – Марк удивлённо поднимает брови. – Мне весь сад сейчас чистить?

Чудак!

— Нет, конечно, – смеюсь. – Только дорожку отсюда до забора.

Показываю рукой.

— Если не хочешь, я могу почистить сама. Я часто чистила снег у нас перед домом.

— Да?

— Ага. Это несложно.

И молчит. Ставит вторую партию.

— Ника, отнесёшь на кухню? – показывает на тарелку с сосисками.

Он что, думает, что я пошутила насчёт прогулки по саду? Хм.

Смотрю вокруг себя. Наклоняюсь, беру горсть снега. Скатываю в комок. Марк наблюдает.

— Что ты задумала?

Я поднимаю руку и бросаю в него снежок. Попадаю прямо в цель! Марку по шапке. Хохочу и хлопаю в ладоши.

— Ника! Чего творишь!

Марк вскакивает и тоже скатывает в руках комок снега. Я хочу закрыться, но не успеваю. Он попадает мне в плечо.

— Марк!

Я кидаю в него ещё несколько снежков. Все в цели.

— Забросаю, если не расчистишь мне дорожку! – угрожаю ему.

Он смеётся надо мной.

— Ладно, Ника, тогда иди и жарь сосиски. Я уже весь в снегу!

Отряхивается.

— Из-за тебя.

— Да, да. Иди за лопатой, – подгоняю его. Переворачиваю купаты. Марк чистит дорожку.

Когда сосиски готовы, я забираю их и уношу на кухню.

Выхожу в сад. Иду по дорожке. Марк хорошо её почистил от снега. Дохожу до забора.

— Ника, всё. Давай обратно, – кричит мне Марк. Он стоит у входа. Наблюдатель, блин! А мне хочется пройти дальше по саду. Делаю несколько шагов в сторону и утопаю в снегу.

— Марк, тут и правда, глубоко.

— Ты непослушная! – возмущается он. – Вот поймаю и накажу тебя, девчонка.

Он бежит ко мне, я визжу. Убегаю от него подальше. К деревьям.

— Вероника!

Вижу, как Марк падает в снег. Смеюсь.

— Марк, ты снежный человек!

— Да, киса. Сейчас и ты будешь снежной бабой.

Он встаёт и быстро пробирается ко мне по снегу.

— Нет, нет, нет, – кричу. Отбегаю от одного дерева к другому. Мои ноги почти по колено в снегу. А мне смешно.

— Ну, дождёшься, Ника, – рычит.

Нас не напугаешь!