Книга Прости меня, Вероника!, страница 14 – Евгения Султанова-Ус

— Будем вместе готовить красную рыбу? – говорит она и смотрит так по-лисьи на меня. Я ржу. Уж я-то точно знаю, что когда мы готовим вместе, это значит, что готовлю я, а она моет посуду. Сама вызвалась.

— Ага.

Она с интересом наблюдает, как я раскладываю рыбу в форму. Ника любит наблюдать за мной, я это заметил. Как и я люблю смотреть, что она делает. Обожаю наблюдать, как она пишет какой-нибудь конспект и иногда закусывает свою нижнюю губу. Грызёт ручку, обдумывая что-то. Она не замечает обычно, что я слежу за ней. Думает, что я слишком увлечён своим делом, когда сижу с ноутбуком на коленях. Но я больше увлечён подсматриванием за ней в такие минуты.

— А твой отец и София точно не против, что мы едим их продукты? – вдруг спрашивает она. Ну, начинается!

— Хочешь я позвоню им сейчас и спрошу, не против ли они, что моя девочка слопает их рыбку?

Она расширяет глаза. Я смеюсь. Если она захочет, то позвоню. Мне-то похрен.

— Что ты! – восклицает она. – Мне будет неловко!

— Ника, они не против, – они только и хотят мне угодить.

Она кивает, мол, ладно. Ну, слава богу, этот вопрос решён.

— Они точно сюда не собираются?

Уймётся она?

— Точно! Не беспокойся ты об этом. Никто нас не потревожит.

— Хорошо, хорошо. С чем будем есть рыбу?

Пожимаю плечами.

— А с чем ты хочешь?

Поднимаю голову, смотрю на неё. Она тихонько постукивает указательным пальцем по своей верхней губе. Обдумывает мой вопрос. А я так хочу прижать её к стене и залезть руками ей под мой свитер! Спокойно, Марк. Ещё не время. Нужно, чтобы она поела. Она и правда похудела за эту неделю. Не хочу больше оставлять её одну. Что ж мне делать-то?

— Я хочу с овощами! – говорит она и идёт к холодильнику. Я слежу за ней взглядом. Ника открывает дверцу холодильника и чуть нагибается, изучая его содержимое. Длинный свитер приподнимается, и я вижу как штаны, что на ней, просто офигенно обтягивают её задницу. Я не могу удержаться. Протягиваю руку и тихонько шлепаю её по попе.

— Марк, – возмущённо пищит она.

— Чего?

— Перестань!

— А ты не стой так! Или я стяну с тебя эти шаровары.

Она смеётся. Не могу спокойно на неё смотреть!

Ника достаёт из холодильника красный болгарский перец, томаты, огурцы.

— Вот, – показывает мне. – Я сделаю салат.

Киваю. Как хочешь, малыш. Я так люблю тебя.

Позже сидим в спальне на кровати. Ника красит свои ногти бежевым лаком, а я наблюдаю за ней. Мы помирились только десять минут назад.

Когда мы сели за стол, я положил ей два куска рыбы и полную тарелку салата. Когда её тарелка опустела, я положил ей ещё кусок рыбы. Она съела его, странно посматривая на меня. Но, когда я попытался положить ей четвёртый кусок, она заныла.

— Я больше не могу, Марк! У меня живот заболит.

— Тебе надо есть, – упрямо говорю я.

— Я уже много съела!

— Тебе не понравилось?

— Понравилось, но я больше не могу!

Она выскакивает из-за стола и собирает нашу посуду.

— Ещё один!

— Нет.

Вот упрямая.

— Ты невозможно упрямая, Ника!

— На себя посмотри!

Она быстро моет посуду и хочет уйти.

— Стой!

— Нет!

Выбегает из кухни. Я за ней. Ловлю её на лестнице. Поднимаю на руки. Она брыкается, сопротивляется мне, как обычно. Что ж ты никак не поймёшь, мне бесполезно сопротивляться.

— Марк, отстань от меня! – кричит.

Я тащу её в спальню. Ногой закрываю дверь. Ника изворачивается и кусает меня за руку. Мне почти не больно, но она начинает меня бесить. Я кладу Нику на кровать и поднимаю её руки над головой. Держу.