Книга Оставить на память, страница 82 – Лина Ласс

— Это ребёнок Влада, — настойчиво повторила Ника.

Анна прищурила глаза, ожидая, что её подруга сейчас рассмеётся и скажет, что пошутила. Но Ника стояла перед ней с таким решительным и серьёзным лицом, что Анна даже засомневалась.

— Послушай, я же не идиотка. Я не настаивала на том, чтобы ты сказала чей он, когда мы только узнали, что ты забеременела. Дураку понятно, что у тебя был мужчина, пока ты была в Норвегии. Но я подумала, что рано или поздно ты расколешься. Ведь я твоя самая близкая подруга. А ты, видимо, не очень-то мне доверяешь.

Ника отвернулась от Анны, всплеснув руками.

— Просто прими это как факт! — выкрикнула она с надрывом. И что-то в её голосе насторожило Анну.

— Что-то случилось? — спросила она Нику. — Ты вернулась сама не своя. Дёрганная… Напомни-ка, в каком магазине ты была? — Анна оглядела квартиру в поисках фирменных пакетов, но ничего не увидела. Её озарили внезапные подозрения. — Где ты была? — с нажимом спросила Анна, надеясь хоть так воздействовать на подругу, но Ника не отступила.

— Я устала, — лишь сказала она. — Завари мне, пожалуйста, чай. А я пока прилягу.

Через полчаса Анна принесла ей чашку горячего чая, но была слишком зла, чтобы дальше расспрашивать Нику. Хотя, если бы она была настойчивей, Ника бы всё ей выложила — и как встречалась в СИЗО с Владом, и что он угрожал ей, и что после она встретилась с неким Соклаковым, и как поставила несколько подписей на одних очень важных бумагах. Она бы даже рассказала, кто настоящий отец её ребёнка. Но Анна, не задав ни одного вопроса, вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Нике было невыносимо скрывать от близкой подруги всё, что сегодня произошло. Но, во-первых, это бы уже ничего не изменило. А, во-вторых, это бы угрожало и самой Анне. Лучше, если она будет находиться в неведении.

Ника почувствовала лёгкий толчок. Она накрыла живот руками и легко погладила его. Ещё секунду назад её трясло от страха за жизнь её ребёнка, но сейчас пришло успокоение. Любовь к её маленькой девочке разливалась по всему её телу, сосредотачиваясь в сердце. Будто почувствовав это, ребёнок снова шевельнулся под её рукой.

— Я никому не дам тебя обидеть. Обещаю тебе. Ты никогда его не увидишь, — Ника сама не знала о ком сейчас сказала. О Генри или о Владе? Она всё ещё помнила ледяной взгляд тёмных глаз и его обещание причинить вред её малышке. Но она знала, что и так бы выполнила его условие. Ещё неделю назад ей на глаза попалось фото в интернете, разбившее ей сердце.

Все эти месяцы, что длились допросы, сопровождаемые бессонницей, слезами, истериками, она подпитывалась только теми воспоминаниями, что остались у неё о Генри. Они были ещё свежи, и потому легче было в них раствориться.

Раньше она уходила от проблем, погружаясь в детские воспоминания. Теперь же их заменили несколько часов, которые они провели наедине. Долгими ночами, когда она не могла уснуть, она вспоминала его улыбку, голубые глаза, его пальцы, поцелуи, запах. Порой это казалось лишь сном, от которого кружилась голова. Что, если она всё выдумала? Что, если её психика дала сбой, и Генри был всего лишь плодом её фантазии. Ника почти поверила в это, пока не поняла, что ждёт ребёнка.

Она вспомнила об экстренной контрацепции уже в Осло. Тайком от Анны под надуманным предлогом она забежала в аптеку и, наскоро проглотив таблетку, подумала, что всё обошлось. Но через месяц по утрам стала замечать недомогания. Поначалу она списывала это всё на стресс, который переживала. А потом подсчитала, что месячные не пришли в срок. Более того, задержка была существенная.