Книга Оставить на память, страница 71 – Лина Ласс

Двери лифта открылись, выпустив других постояльцев, и она зашла в кабину, так и не повернувшись лицом к тому, кто шёл за ней шаг в шаг. Она была так близко! Можно было протянуть руку и коснуться плеча, но Генри не посмел. Его голова кружилась от такой близости.

— Ника, — его охрипший от волнения голос глухо прозвучал в тесном помещении лифта. Её спина вдруг выпрямилась как струна, а плечи напряглись. Как во сне она неуверенно обернулась. Зелёные глаза были широко распахнуты, а дыхание стало частым, будто ей не хватало воздуха. Она побледнела и покачнулась, уцепившись рукой за его рубашку. Генри почувствовал, как она медленно сползает на пол и обнял её, пытаясь удержать на ногах. Но Ника уже потеряла сознание. Глаза были закрыты, а тело обмякло.

Какую угодно реакцию он мог ожидать, но только не эту. Генри придерживал её тело, такое хрупкое, и вновь ощутил те же чувства, когда только прикоснулся к ней пять лет назад. Трепет перемешался с испугом. Когда лифт остановился на четвертом этаже, он подхватил её на руки и, выйдя из кабины, уложил её на стоящую в коридоре софу. Коридор был пуст, просить о помощи было некого, и Войт слегка похлопал её по щеке.

Ресницы на её лице задрожали, Ника испустила слабый стон и открыла глаза. Увидев Генри, склонившегося над ней, он резко вскочила на ноги и отвернулась от него, закрыв лицо руками. Она что-то бормотала на русском, но слов было не разобрать.

— Я знал, что ты будешь удивлена, но падать в обморок… — Генри встал за её спиной, пытаясь понять, что она чувствует. Ника убрала с лица руки и медленно повернулась к нему. Её глаза покраснели, будто она сдерживала слёзы.

— Генри, — прошептала она слабо, и Войт услышал дрожь в её голосе. — Что ты здесь делаешь?

— Я хотел задать тебе тот же вопрос, — он приблизился к ней вплотную, так что почувствовал исходящее от неё тепло. — Мне казалось, что ты сбежала обратно в Россию. Или в Австралию. Или в Китай. Ах, да, я забыл. Я понятия не имею, куда ты пропала. Ведь ты не оставила никакой записки. — Он не заметил как повысил голос, почти перейдя на крик. Теперь он чувствовал внутри гнев и обиду. Они клокотали в нём, путая мысли, и даже её виноватое лицо с застывшими слезами только подстёгивали эти чувства. Ника сжала губы, её плечи поникли. Она стояла перед ним будто перед палачом и молча выслушивала брошенные ей обвинения, даже не пытаясь вставить слово. — Знаешь, что я испытал, когда узнал, что ты без следа исчезла даже не попрощавшись? Это было похоже на предательство. Мы вроде как стали друзьями? Или тебе было наплевать? Да, вспомнил. Я не входил в твои планы. Но тебе что, чужда простая человеческая вежливость? За пять лет, раз ты жива и здорова, ты не могла бы просто прислать весточку? Хоть слово?

Генри навис над ней, тяжело дыша. Как долго он ждал, чтобы получить объяснение! А она лишь молчала, опустив глаза. Ему даже захотелось ударить её по щеке, чтобы получить хоть какую-то реакцию.

— Как ты нашёл меня? — проговорила Ника.

— Случайно увидел. Но, как погляжу, ты хорошо проводишь время в приятной компании, — уже спокойней произнёс он и тряхнул головой. Что с ним такое? Его бесило её отрешённость, её молчание и то, что она даже не пыталась никак оправдаться или извиниться. Она не была рада их встрече, это ясно. Вот и всё, что он получил. Она не испытывала сожаления, но напугать и шокировать ему её удалось. Ника продолжала стоять молча как на плахе, слегка пошатываясь, пытаясь удержать равновесие на высоких каблуках.