Книга Оставить на память, страница 32 – Лина Ласс

Генри приподнял её голову так, что смог взглянуть в её глаза.

— Я хочу тебя… — прошептал он.

Ей нужно было услышать это, чтобы всякие сомнения отпали.

— …поцеловать? — ответила она с улыбкой, за которой стояло обещание гораздо большего.

Он накрыл своим ртом её губы. Какой же сладкой она оказалась! Поцелуй был глубоким, нежным. Его борода то щекотала, то царапала ей лицо, но Нике было плевать. Она так же как и он жадно впивалась в него, боясь на миг остановиться. Генри чувствовал её дрожь, его руки проникли под её свитер, коснулись горячей кожи."Господи, какая же ты хрупкая", — подумал он. Войт оторвался от неё только чтобы подхватить на руки. Она была такой лёгкой, словно ничего не весила. Ногой он толкнул дверь спальни и внёс её в комнату. Аккуратно положив её на кровать, осыпая поцелуями, он стащил с неё свитер, а затем и брюки. Ника оказалась перед ним совершенно обнажённой. Он навис над ней, поглаживая кончиками пальцев её кожу и внимательно осматривая каждый сантиметр её тела — тонкие руки, стройные длинные ноги и изящные ключицы, аккуратная грудь. Вся её фигура была утончённа и требовала тактичного и нежного обращения. Она вдруг проявила стыдливость и попыталась прикрыть грудь руками. Но Генри не дал ей это сделать, разведя её руки в стороны.

— Зачем? — прошептал он, вглядываясь в её смущённое лицо.

— Сейчас я не такая, какой была раньше, — она опустила глаза.

Но Войт лишь усмехнулся.

— Ты даже не представляешь, как ты красива, — он целовал её шею, опускаясь ниже. Взяв в рот её сосок, он стал посасывать его, а пальцами проник в её лоно, заставив выгнуться дугой. Из её рта вырвался стон, она ухватилась за его волосы, прижимая к себе сильней и требуя ещё.

Внутри она была горячей и узкой. Влага стекала по его пальцам, пока он терзал её изнутри. Не отрываясь от неё ни на секунду, переходя то к её губам, то возвращаясь к груди, он нажимал на самую чувствительную точку её тела, заставляя её дрожать. Ника сжимала его плечи, царапая кожу. Её глаза то зажмуривались то распахивались и поражали своей глубиной. Казалось, они потемнели и из зелёных превратившись в тёмные омуты. Дыхание Ники стало порывистым, она была близка к тому, чтобы кончить, но он не собирался так легко отпускать её. Быстро избавившись от своей одежды, он без предупреждения легко вошёл в неё. Снова стон, больше похожий на крик, вырвался из её рта. Генри даже испугался, что сделал ей больно, но тихое "да" сказало об обратном.

Внутри у Ники было тесно, будто ещё ни один мужчина не касался её. Он стал ритмично двигаться. Она прижималась к нему, руками обхватив его ягодицы. Острые ногти впивались в его кожу, даря новые грани наслаждения через боль. Пот покрывал их тела, мерцая на коже в тусклом свете ночника. Они двигались в такт то ускоряясь, то замедляясь. Их языки сплетались в танце, доводя до головокружения. Дыхание сливалось в одно.

Генри был выносливее и напористей, чем другие её мужчины, и Ника быстро почувствовала, что недалека от пика.

— Ещё! Сильней, — прошептала она, и он ускорился, напирая на неё со всей страстью. Сладкая дрожь пробежала по её телу, и внизу всё взорвалось, разлившись наслаждением сначала в животе, постепенно заполняя её до самых кончиков пальцев. Оргазм был так силён, что свело стопы. Но это была приятная боль. Закрыв глаза Ника смаковала своё удовольствие, забывая вдохнуть воздух.