Книга Оставить на память, страница 164 – Лина Ласс

— Послушай, этому человеку можно доверять. И он вполне вероятно единственный, кто сейчас может нам помочь вывести вас незаметно для Влада. Он всё устроил. Сейчас мы едем в Брайтон, там ждёт частный самолёт.

— Самолёт? Так вот о чём он говорил… Хватит недомолвок! — строго сказала Ника. — В машине ты вообще ни слова не упомянул, куда нас везёшь. Я понимаю, что ты сильно беспокоишься, но ты не ставишь даже меня в известность, что ты распланировал побег. Ни вчера ни сегодня ты не обмолвился словом об этом, как будто бы я…

— Я не думал, что это будет так скоро! — перебил её Генри. — Ты же видишь, в какой спешке нам пришлось покинуть Амберли. И одному чёрту известно, чем бы могло закончиться промедление.

Ника замерла, вспомнив аварию.

— Господи, те люди в машине… Что, если кто-то погиб… — её глаза в страхе расширились и она вцепилась в его плечи. — И если узнают, что это ты?

— Не узнают, — он привлёк Нику к своей груди и обнял. — Это пустынная дорога, никто нас не видел. Если они выжили, то вряд ли будут разговорчивы. Хотя я более чем уверен, что такие люди так просто не умирают в банальной аварии.

— Так куда мы летим?

— Туда, где он тебя так и не нашёл. — Генри поцеловал её макушку, зарывшись в огненные волосы.

Ника отстранилась, заглянув ему в глаза.

— Самолёт летит до Бергена, — продолжил Генри. — Там уже будет ждать арендованная машина. Надо будет только закупиться парочкой вещей потеплее.

— Твой дом? — проговорила она. — Тот, где всё… началось?

Он с нежностью смотрел на неё и в его взгляде Ника прочла воспоминания тех коротких мгновений на маленьком острове. То, как он впервые её увидел, как взял её за руку, помогая встать с холодной земли. То, как Ника лучилась изнутри, разговаривая с его псом, как они в лёгком дурмане дорогого вина поедали стейк и говорили о своих чувствах. Каждый взгляд, каждое прикосновение, каждые последующие поцелуи и объятия.

— Наш дом, — прошептал он.

— Наш?

— Когда ты исчезла, я цеплялся за последние воспоминания о тебе. И, может быть был тогда не совсем в себе… — ухмыльнулся Войт. — Всё, что я пережил в этом доме, было мне дорого и я… не знаю, может, думал, что ты когда-нибудь вернёшься именно туда. И купил его.

— Что? — Ника нервно рассмеялась. — Ты с ума сошёл?

— Я же говорю, тогда был не совсем в себе, — он пригладил её волосы. — Об этом не знает ни одна живая душа. Даже Марта не знала, но я изредка ездил туда. Сбегал ото всех побыть наедине со своими мыслями.

Ника прильнула к нему, крепко обняв. Она много раз вновь хотела оказаться там, где всё началось. Но так боялась, что ей будет невыносимо больно ото всех воспоминаний, которые могут накрыть её. А теперь тот, кто любит и готов сражаться за неё, будет рядом. Будет с ней и их дочерью. Значит, всё будет хорошо. Даже мысли о том, что в Париже её ждёт команда дизайнеров, её работа, её детище, отступили на задний план.

Свет стал заполнять её изнутри. Она, уже не стесняясь того, что может увидеть её дочь, обнимала Генри и растворялась в этом объятии, испытывая сладкие мгновения счастья. Оно ещё не было полным, но было очень близко. Оторвавшись от Войта, она заметила на его лице улыбку, в которой сквозила грусть. Он смотрел на неё, такую счастливую в этот миг, будто стараясь запомнить каждую чёрточку её лица, проводил пальцев по щеке и губам, будто рисуя линии.