Книга В договор не входит, страница 162 – Лина Ласс

— Сегодняшний вечер. Это конец? Красивый финал?

Я почувствовала, как его тело напряглось. Руки сильнее стиснули меня в объятиях, но Максим был недвижим и словно забыл, как дышать.

— Сара познакомила меня с Эленой Винтер, – продолжила я.

То, как он побледнел, буквально превратился в соляной столб, сказало мне больше, чем следовало.

— Она передавала тебе привет.

Максим молчал. Надежда на то, что он будет отрицать, что знаком с актрисой, истлела, стоило увидеть его реакцию. Окаменев, он смотрел на меня, но будто не видел.

— В нашу первую встречу Сара сказала, что твои пристрастия неизменны. Типаж девушек всегда один и тот же – высокая, стройная брюнетка. А мы с Эленой словно сёстры. Скажи, Изабель была похожа на нас?

Лицо Максима дрогнуло. Хотелось сделать ему больно, так же как было больно мне. Но единственным моим оружием были слова. Они попали точно в цель, иначе как можно было объяснить то, что он выпустил меня из своих рук и отступил. На секунду мне показалось, что он утратил самообладание. Усевшись на край ванной, он взлохматил волосы, расстегнул пуговицу на сорочке, словно ему не хватало воздуха, и скинул галстук на пол. Но в следующую секунду знакомый холод, сопровождавший его с самого начала, вернулся. Выражение лица вновь стало беспристрастным и только глаза, обычно холодные, теперь смотрели на меня со знакомым сожалением.

Значит, утром я не ошиблась.

Значит, не ошибалась и сейчас.

— У нас выдался любопытный разговор. Несколько лет назад Элене посчастливилось встретить именитого режиссёра и – о, чудо! – ей сразу предложили главную роль. Никому неизвестная девушка вдруг стала звездой. Какая невероятная удача! Оказаться в нужном месте в нужное время. Прямо как я, когда известный модельный скаут вдруг увидел меня на парижском рынке. Казалось бы, при чём тут ты, Максим?

Молчание. Значит, всё, что сказала Винтер, также, как и мои предположения, оказалось правдой. Меня внезапно разобрал судорожный смех. Со мной творилось что-то неладное, слёзы мешались с хохотом, а спазмы распирали грудь.

— Я думала, что я самая везучая девушка на свете. Что, пройдя через все испытания, я наконец-то вытянула счастливый билет, и до сегодняшнего дня казалось, что всё должно закончиться хорошо. Казалось, что я сама творю свою судьбу.

— Ты сама её творишь, – наконец произнёс Эккерт.

— Нет, всё это ложь! – я топнула ногой. – Ты заставил меня в это поверить, оплатив этот счастливый билет. Стоило поставить свою подпись на чёртовом контракте как я больше не принадлежала себе. И тебе это прекрасно известно. У богатых такое развлечение? Найти несчастную девушку и вылепить её судьбу по своему желанию?

— Хочешь сказать, что тебе не нравилось то, что происходило сегодня? Как на тебя смотрели? Как восхищались?

— Я этого не желала!

— Ты блистала среди толпы, словно была рождена для этого. Я видел это. Все смотрели только на тебя, и ты наслаждалась их обожанием, их любовью…

— Не нужна мне ихлюбовь!

Я прикусила губу, чуть не выдав себя, и боясь, что следующими моими словами будет признание.

— Теперь ты хочешь от всего этого отказаться? – Эккерт встал на ноги и приблизился ко мне.

Да-да-да! Чёрт побери, мне хотелось бросить ему это в лицо. Продемонстрировать, что мне безразличны такие щедрые подарки, обмануть, обратить в прах его планы и отказаться подчиняться. А дальше самой выбрать судьбу, да хоть бы и вернуться к тому, с чего начинала – разносить тарелки или мыть пол в какой-нибудь больнице. Сделать что-то вопреки ему, вопреки им всем.