Книга От него не убежишь, страница 40 – Лина Ласс

Алекс смерил меня взглядом, как будто только заметил, что я закутана в одеяло. Щёки мои вспыхнули, когда я подумала, что он успел разглядеть за тонким бельём, пока я была в отключке. Сорочка едва прикрывала задницу, а кружевной лиф вообще не оставлял место воображению. Хорошо, что сейчас это было надёжно спрятано под метрами хлопковой ткани.

— В шкафу есть рубашки, возьми одну, – он отвернулся, будто смутившись и рукой указал в сторону ванной комнаты. – Прими пока душ.

— Обувь тоже осталась на яхте, – пробормотала я, переминаясь с ноги на ногу. Стопы были грязными, и я пачкала ими светлый ковёр.

— Какой размер? – Алекс обернулся.

— Тридцать восьмой.

Он кивнул и вышел из номера.

Я подошла к шкафу, не снимая с себя кокон одеяла, будто боялась, что в любую секунду Алекс может вернуться. Внутри было немного одежды. Пара футболок, костюм, джинсы и три мужских сорочки. Я выбрала голубую. К счастью, она оказалась для меня достаточно длинной, чтобы прикрыться.

Одеяло я сняла только в ванной и оглядела себя с ног до головы в огромное зеркало. Волосы висели сосульками, не успев полностью высохнуть, кожа шелушилась от долгого пребывания в солёной воде, а от дорогой сорочки осталось лишь жалкое её подобие. Ореолы сосков чуть выглядывали из-под кружева, и, если Алекс нёс меня в свой номер на руках, это наверняка не осталось для него не замеченным.

Щёки тут же покрылись пунцовым цветом.

Сняв бельё, я прыгнула под горячие струи душа, почувствовав некоторое облегчение. Вместе с солью и грязью вода забирала мой страх и наполняла прежней уверенностью. Хорошо, я поеду с Алексом на пирс. Если подтвердится худшее, пойду в полицию, расскажу обо всём, что видела, и вылечу в Москву первым же рейсом. Запрусь в апартаментах и напьюсь до потери сознания, чтобы забыть то, что случилось на яхте.

Видимо, всё это время я до конца не понимала, чего мне удалось избежать. Я же чуть не поплатилась жизнью и до сих пор не могла с уверенностью сказать, что произошло с Павлом. Но я видела, как пуля пронзила его, как хлынула кровь, как он упал… Нет, я не верю, что после этого он смог выжить. А это значит, что… я его потеряла.

Нижняя губа стала подрагивать. В груди будто образовалась чёрная дыра, куда тут же провалилась вся моя решительность. Стоя под душем, я чувствовала обжигающие слёзы.

На моих глазах убили моего доброго друга, моего учителя… а я не смогла помешать, и чуть сама не стала жертвой.

Хочу, чтобы всё это оказалось лишь кошмарным сном! Если закрыть глаза, досчитать до десяти и открыть их, всё это кончится? Я очнусь в спальне на судне, за окном будет покачиваться волна, кричать чайки, а в столовой уже будет ждать завтрак со свежей выпечкой и фруктами.

Но распахнув глаза я увидела только серую плитку душевой. Руки дрожали, когда я выключала кран. Наспех вытершись полотенцем, я надела сорочку Алекса, оказавшуюся мне до середины бедра. Пришлось натянуть всё ещё влажные трусики, что были на мне до этого. Но альтернативы не наблюдалось. Кожа на лице пошла красными пятнами от рыданий, нос распух. Я становилась совсем непривлекательна, когда дело доходило до слёз. К счастью, на полочке над раковиной были гостиничные крема. Я схватила один тюбик как услышала тихий стук в дверь.

— Ты готова? – раздался голос Алекса.