Книга На горизонте – твоя любовь, страница 220 – Нетта Хайд

Она сражается, но поддается мне. Ровно до тех пор, пока я не поднимаю ее за бедра и не усаживаю на стол под свист закипающего чайника.

Она поднимает руки к моей грудной клетке, впивается тонкими пальцами в материал футболки, сжимает ее и с огромным усилием отталкивает от себя.

— Хантер, забудь меня… – шепчет она, не открывая глаз.

«Ангел, только что ты показала мне гораздо больше, чем сказала».

— Уверена, что сейчас ты хочешь именно этого? – внутри меня бушуют ураганы, и я иду по краю, балансируя между собственными чувствами и ее состоянием.

— Да, – выдыхает она.

— Тогда тебе придется передумать, иначе…

— Я не передумаю, – перебивает меня.

— Ладно. – Я делаю шаг назад и, выключив чайник, поднимаю руки вверх, решив дать ей этот чертов воздух. – Посмотрим, Галатея.

Сделав еще несколько шагов назад, я снимаю с себя футболку и вешаю ее на спинку стула. Разворачиваюсь и направляюсь к дивану, на котором лежит Себастьян. Удобно усаживаюсь рядом с ним и, схватив пульт, включаю телевизор, который тут же воспроизводит популярный сериал о вампирах.

Я делаю вид, что так сильно заинтересован происходящим на экране, хотя в мыслях у меня совершенно другой остросюжетный «сериал», который, кажется, растянется еще сезонов на десять, если не больше.

— Ты что делаешь? – Услышав ее голос за своей спиной, я лениво оборачиваюсь через плечо к ней.

— Сериал смотрю, а ты? – спрашиваю в ответ, как будто ничего странного в моем поведении нет.

— Хантер, я серьезно. Какого хрена ты делаешь?! – она проявляет больше эмоций и подходит ближе, останавливаясь передо мной и загораживая экран своим телом.

— Буду ждать, пока ты передумаешь, – произношу я, наклоняясь в сторону, словно она мешает мне смотреть телевизор. – А еще, когда ты наконец-то перестанешь лгать, – перевожу взгляд на ее лицо, – себе, в первую очередь. А пока ты будешь этим заниматься, иди сюда, – приглашаю ее ладонью на диван, – посмотрим вместе.

— Ты псих? – спрашивает она, нахмурив брови.

— Кажется, ты уже задавала этот вопрос, – отвечаю я, вздохнув, – и тогда мы оба пришли к положительному ответу, ангел.

— Судя по всему, у тебя началось предрождественское обострение.

— Рядом с тобой у меня всегда будет обострение.

— Ты можешь сказать, что мне еще сделать, чтобы ты ушел и продолжал меня ненавидеть? Смерти твоей мамы было недостаточно? – спрашивает она, и по выражению ее лица и глазам я понимаю, насколько тяжело ей дался этот вопрос.

— Она жива, Тея, – произношу, хотя понимаю, что для нее это звучит не очень правдоподобно.

— С юмором у тебя, видимо, тоже проблемы. Тебе нужно на обследование сходить. Что-то явно не так с тобой.

— Окей, Тея, – говорю, улыбаясь ее «шутке», и нажимаю на кнопку выключения на пульте, – значит, совместный просмотр сериала на сегодня отменяется.

Я поднимаюсь, натягиваю футболку обратно и осматриваю комнату в поисках переноски для Себастьяна.

— Что ты делаешь? – спрашивает Тея, когда я достаю с поверхности шкафа нужную вещь.

— Собираюсь.

Я подхожу к Себастьяну и приглашаю его в уютный временный дом, в который он с трудом забирается только с моей помощью. Поднимаюсь на ноги и смотрю на Тею, которая продолжает стоять на месте.

— Паспорт где? – ставлю четкий вопрос, уже решив, что мы будем делать дальше.