Книга На горизонте – твоя любовь, страница 210 – Нетта Хайд

— Объясни, – прошу его, стискивая зубы.

— Объясню, но не сейчас, – говорит он, поднимая два пальца вверх и подзывая людей в форме, которые подходят к Джеймсу, надевают на его руки наручники и увозят.

— Это не правда! – кричит он, испуганно оглядываясь по сторонам. – Я не виноват ни в чем! Это было подстроено. Спектакль. Знаете, что такое спектакль?

— Расскажешь потом подробнее, папочка, – отвечает Дерек, насмешливо глядя на него.

— Я тебя уничтожу! И тебя! – Он смотрит на меня, раздувая ноздри от гнева. – И тебя тоже, – указывает пальцем на Коннала. – Вы хоть знаете, кто за мной стоит? Вы хоть понимаете, против кого идете? Я – власть! Я – Вселенная! Вы – ничто. Никто не сможет противостоять мне.

— Ты сегодня сказал более чем достаточно, чтобы получить несколько пожизненных сроков. Но не переживай, чтобы облегчить твои страдания в тюрьме, ты можешь сдать своих союзников, тех, кто стоит за вашей «Вселенной».

— Черта с два я расскажу вам!

— Это мы еще посмотрим.

* * *

Я смотрю вокруг, и меня охватывает дичайшее непонимание. Все, что произошло сегодня, – это какой-то бред, который не может быть реальностью.

В голове нарастает вихрь мыслей, смешиваясь в единую картину, которая не вмещается в рамки неприятной действительности. Что, черт возьми, произошло?

Во-первых, я узнал, что мой отец продал Тею конченному насильнику.

Во-вторых, шокирующий факт, который скорее всего неправдив, – он не мой отец. А мой отец – Эван Стоун. Бред, в который я ни за что не поверю и никогда не буду проверять. Лучше я останусь в неведении.

Мысль о том, что я мог однажды переспать с Беатрис, убивает. Может, я на подсознательном уровне старался держаться от нее подальше? Может, не просто так я все это время не делал с ней ничего такого, за что потом ненавидел бы себя до конца жизни?

В-третьих, Тея, та самая сильная и независимая Тея, оказалась жертвой его рук. Я гордился ей, восхищался ее силой, но теперь понимаю, что она была заперта в темном мире, оставшись в одиночестве против жестокости.

Все это словно сплетается в один длинный клубок бессмысленных событий, и я могу до бесконечности перечислять все то, что вызывает у меня непонимание, как будто все, что я знал до этого, – лишь поверхность, которую пробили и позволили вникнуть во все, что происходило на самом деле.

Сегодняшние новости выбросили меня из тумана, в котором я находился слишком долго, и теперь я вижу все с поразительной ясностью.

Ко мне подходит девушка в бордовой униформе, ее взгляд говорит о желании помочь. Она предлагает первую помощь, но я отказываюсь за ненадобностью. Я глубоко вздыхаю, отгоняя эмоции, которые стремятся вырваться наружу.

А́нджел, которую я, как обещал, вывел из каюты после того, как все закончилось, осмотрели на наличие травм и отвезли в полицию, пообещав найти ее родителей. Я уточнил, в какое отделение ее увезли, чтобы быть в курсе всех событий и знать ее дальнейшую судьбу. Меня беспокоит ее состояние и то, что с ней будет происходить дальше.

Затем появляется Дерек и, протянув мне бутылку воды, начинает:

— Привет, Хантер. Я обещал, что объясню все, так вот… – Он присаживается рядом со мной на подножку машины скорой помощи. – Меня зовут Дерек О’Нил, и я на самом деле твой сводный брат. Хотя, если углубиться, я никто для тебя.