Книга Следующая цель – твое сердце, страница 244 – Нетта Хайд

После встречи с отцом, на которой он, с заметным удовлетворением на лице, забрал флэшку и сообщил, что я верный сын, хотя это больше походило на «верный пес», он сказал, что мне осталось выполнить последнее поручение – жениться на Беатрис, и тогда все будут «счастливы». Также он сказал, что Тея больше не представляет для него угрозы, и я могу делать с ней все, что захочу, даже убить, чего я совсем не намерен делать. Ей осталось работать всего неделю, после чего она будет свободна.

Я не рассказал ей о том, что свадьба будет уже в эту пятницу. Я решил сделать все так, чтобы она ничего не знала, оградить ее от всего происходящего, и, возможно, это моя очередная ошибка, которую я допущу в отношении Теи.

Я не хочу, чтобы все вышло из-под контроля. Все спланировано и подготовлено до малейших деталей. Это не потому что я не доверяю ей, а потому что не хочу, чтобы она стала новой ценой моей ошибки. Я сделаю все, чтобы она была счастлива, даже если для этого придется еще немного потерпеть, а потом умолять ее простить меня за то, что я собираюсь сделать.

Из-за подготовки к этому дню и занятости на работе, я практически не виделся с Теей. Она избегает меня, а я – ее, по крайней мере, так выглядит со стороны. Она говорила, что не хочет видеть меня рядом с Беатрис, и сегодня ее желание сбудется.

Сегодня же я заберу Тею и увезу. Подальше отсюда. Далеко от отца. Она больше не нужна ему, но она нужна мне. Полностью. Вся. Целиком. Я, черт возьми, люблю ее.

Вместе с Конналом мы разработали идеальный план, который стопроцентно должен сработать в нашу пользу. Но в нашем сценарии была одно непредсказуемое звено – Тея.

Она должна была находиться как можно дальше от эпицентра событий, там, где ее не коснулась бы ни одна тень надвигающейся бури. Поэтому пока она была вместе с Тео на каком-то соревновании эрудитов в качестве поддержки, я зашел в ее комнату и выкрутил все ручки на окнах, ведущие на балкон, который также запер. Оставил на столе несколько бутылок воды, еду и батончики, в случае, если она проголодается. А сам сел позади двери и стал дожидаться ее.

Мои мысли крутились в сумасшедшем вихре: как она отреагирует потом на все это, простит ли она меня, поймет ли причину моего поступка. Все это время я чувствовал только одно – я сделаю все возможное, чтобы она меня простила за это.

Как только дверь распахнулась, и Тея вошла в комнату, я поднялся и без колебаний подошел к ней со спину, обняв за талию, как сотни раз до этого.

— Я скучал по тебе, – шепчу, надеясь восстановить утраченную связь.

— Это не взаимно, охотник, – холодно произносит она, пытаясь разнять мои руки, но я перехватываю их, удерживая ее в такой тесной близости, чтобы не позволить ей отстраниться.

— Ангел, почему ты меня отвергаешь? Разве тебе было плохо со мной? – снова шепчу, надеясь отыграть свою роль на «ура» до самого конца.

— Да, мне плохо с тобой! – Она наступает на мою ногу каблуком, отчего я теряю бдительность и отпускаю ее. – Мне плохо из-за, что ты лжешь мне! Мне плохо из-за того, что мне приходится лгать! Мне плохо из-за того, что ты даешь мне какие-то ненастоящие надежды, а потом сталкиваешь меня со скалы своим молчанием! Ты думал, что я не узнаю? Ты думал, что я буду отрицать действительность, смотреть на все сквозь розовые очки, и не найдется ни один человек, который расскажет мне, что ты женишься? Черт возьми, ты женишься сегодня, и приперся ко мне в комнату, чтобы… чтобы что, Хантер?! Чтобы напоследок потрахаться? Потрахаться перед заключением брака?! Или налить в мои уши очередное дерьмо о том, что мы сможем быть нормальными? Или навешать недоваренную лапшу о том, что у тебя есть ко мне чувства? А не пошел бы ты, Хантер, в задницу?! Я не резиновая кукла, которой можно в любой момент воспользоваться. Не половая тряпка на входе в дом, о которую можно вытереть грязную обувь. Не потрепанная, старая шмотка, которую можно выбросить за ненадобностью. Я не хочу такого отношения к себе, – ее голос звучит ровно, но в то же время очень напряженно.