Книга Грязные чернила, страница 82 – Лана Ива

Блюда выглядят необычно и эффектно, красочные описания обещают уникальный и удивительный вкус. Двести баксов за десерт из какой-то розовой пены, вы серьёзно?! Каша из улиток (бедные улитки), сардиновый щербет. И это сюда занимают места за полгода?

Видимо, я слишком приземлённая и заурядная и ничего не понимаю в высокой кухне, потому что всё это меня совершенно не впечатляет. И мне совсем невкусно, хотя я голодная.

Я уныло ковыряюсь в тарелке, абсолютно не испытывая желания есть желе из томатного супа, и с тоской вспоминаю о двойном «Сникерсе», завалявшемся на дне моей учебной сумки. А ещё вспоминаю тот уютный ресторанчик, куда мы ездили с Лиамом. Мне там понравилось. Если бы напротив меня сейчас сидел Харрис, мне было бы так же скучно? Уверена, нет. Я бы просто любовалась его красивым лицом и… Чёрт, не нужно углубляться в эти мысли.

Пью коктейли, чтобы хоть немного развеяться и отвлечься. Вот они тут очень вкусные и крепкие.

У Элиаса местная кухня, похоже, тоже не вызвала восторга, но он съел всё, что заказал, и теперь развлекает меня разговором, чтобы я совсем не уснула от скуки. Я узнала, что он родом из Канады и у него богатая семья. Отец – успешный пластический хирург и инвестирует в предметы роскоши, мать – известный архитектурный дизайнер и скульптор. Элиас единственный ребёнок и откровенно говорит о том, что его слишком баловали в детстве и позволяли буквально всё. Можно сказать, этот парень родился с золотой ложкой во рту. Теперь его самоуверенность абсолютно понятна.

Музыкальный талант передался ему от дедушки по отцовской линии, он был оперным певцом. Заниматься музыкой он начал с пяти лет, а в восемь родители отдали его в музыкальный колледж, где он научился играть на фортепиано и гитаре, и где его талант раскрылся на полную.

Официант приносит чек спустя час наших посиделок. Элиас протягивает ему свою золотую карту, даже не посмотрев на сумму, и поднимается из-за стола. Ну наконец-то! Теперь можно вернуться домой и съесть свой «Сникерс». От этой мысли моё настроение тут же улучшается.

— Тебе всё понравилось? – спрашивает Элиас, обнимая меня, пока мы ждём, когда подгонят его машину.

— О да, всё было прекрасно и очень вкусно! – Я так широко улыбаюсь, что у меня начинают болеть щёки.

Мой телефон в сумочке опять начинает вибрировать. Странно, я вроде переключала на беззвучный.

— Может, ответишь ему? – усмехается Элиас, но я качаю головой.

Не буду я ему отвечать. Вчера мы всё уже решили. Позвоню Лиаму, когда буду дома, чтобы он, наконец, успокоился.

К нам подходит парковщик и распахивает для меня дверь автомобиля. Я благодарю его и сажусь внутрь.

— Я живу тут недалеко, поехали? – предлагает Элиас.

Я качаю головой.

— Извини, но нет. Завтра мне вставать в шесть утра. Я рано ложусь.

— Ненадолго, Саммер. Посидим, поболтаем в непринуждённой обстановке. Может, посмотрим какой-нибудь фильм? Признаю, с рестораном я облажался. Хотя вокруг него столько шума было.

Мы смеёмся. Приятно, что он это понял.

— Какой фильм мы посмотрим?

Он пожимает плечами.

— Не знаю, включим «Нетфликс», а там выберем. Верну тебя домой не позже двенадцати, обещаю, – настаивает Элиас и нежно касается моей щеки. – Мне с тобой хорошо. Не хочу так быстро расставаться.

Я в смятении. Не могу понять, охмуряет он меня или говорит искренне. В голове вновь всплывают слова Лиама о том, как он использует девчонок на одну ночь. Зачем он зовёт меня к себе домой? Можно ли считать это как проявление серьёзных намерений или ему просто не хочется заморачиваться с отелем?