Книга Грязные чернила, страница 75 – Лана Ива

Парней наконец разнимают, но они всё равно пытаются друг к другу пробраться, покрывая друг друга матом, пока Пол окончательно не выходит из себя и не повышает на них голос. Лиам сплёвывает себе под ноги кровавую слюну, и когда я подхожу ближе, вижу, что у него разбита нижняя губа, на правой скуле небольшая ссадина, а у Элиаса сильно рассечена левая бровь, из которой сочится кровь.

Саша бросается к брату, но он отмахивается от неё и уходит в дом. Подруга оборачивается ко мне.

— Я пойду помогу Элиасу, – говорит она, вздыхая, и быстро уходит.

Вокруг начинается суета, кто-то просит принести аптечку и воду. В моих ушах стоит звон. Поверить не могу, что Лиам действительно его ударил. Но может, я не права, и первый начал Элиас? Что-то сомневаюсь. Какой-то пьяный мужчина задевает моё плечо. Я прихожу в себя и решительно иду в дом, несмотря на бешено колотящееся в груди сердце. Не знаю, что буду говорить Лиаму. Для начала попытаюсь выяснить, что произошло.

Нахожу Харриса в одиночестве на кухне, он прикладывает лёд к своей губе, и замечаю в кровь сбитые костяшки на правой руке. Меня вновь начинает тошнить. Не переношу вида и запаха крови. Я даже фильмы ужасов из-за этого не смотрю, слишком впечатлительная. Где он умудрился настолько пораниться? Невозможно так сильно разбить руку о лицо. Вспоминаю, что дорожка из дома во двор выложена из гранитного камня. Скорее всего, о неё он и расшиб свою руку.

— Ты в порядке? – спрашиваю я тихо. Вся моя злость к нему вдруг куда-то улетучивается, когда я представляю, какую боль он может сейчас испытывать.

— Как видишь, – бормочет Лиам и отворачивается от меня.

— У тебя ничего не сломано?

— Нет. Насчёт Элиаса не уверен.

— Значит, ты всё это начал, – говорю я разочарованно и опускаю руки. Не знаю, что я надеялась услышать. Что первый всё-таки начал Элиас? Жестокость ни для кого неприемлема.

Лиам швыряет лёд в раковину и резко оборачивается ко мне.

— Ну, иди, пожалей своего ангелочка! Ему это нужно.

— За что ты его ударил?

— Потому что он ублюдок.

— Нельзя бить людей, если они тебе просто не нравятся, Лиам! Это уже варварство.

— Просто не нравятся? Он заслужил, поверь.

— Чем? Тем, что позвал меня на ужин? – Мой голос срывается на крик. – Тебя это так бесит? Если да, то почему?

— Не ходи с ним никуда.

— Почему?

— Да потому что я так сказал! – Лиам со злостью ударяет кулаком по столешнице, и я вздрагиваю.

— Может, ты хотя бы вежливо попросишь для начала?

— Пожалуйста, твою мать, не ходи с ним никуда!

— Какой же ты больной придурок. – Я разворачиваюсь и иду к двери, но Лиам хватает меня за руку и резко тянет на себя.

— Я больной?

— Да! – рычу я, пытаясь вырваться из его объятий, но он вдруг приподнимает меня и усаживает на тумбу, пристраиваясь между моих ног, и заводит руки мне за спину.

— Какого чёрта ты делаешь? – рявкаю я и вижу, как из его рассечённой губы начинает выделяться свежая кровь, но Харрис тут же её слизывает. Хватка на моих запястьях становится крепче.

— Успокойся, Саммер.

— Отпусти меня.

— Я отпущу, но сначала ответь. – Он пододвигает меня ближе к себе, так, что я касаюсь грудью его груди. Глаза Харриса вспыхивают, а мои соски тут же твердеют.

Твою мать, очень вовремя!

— Ну, спрашивай уже!

— Кого из нас ты больше хочешь?