Книга Инициация «Страсть», страница 35 – Джэки Иоки

— Я не сдаюсь, – Кай наконец-то повернулась в его сторону, и Макс с упрёком наклонил голову набок, приподнимая одну бровь. Интересно, она врала только ему, или всё-таки действительно не понимала.

— Ты можешь сама этого не осознавать. Но это не значит, что я не прав. Ты пробовала пройти эту симуляцию до смерти Адама?

Кай некоторое время молчала, упрямо сжимая губы, но в конце концов отрицательно мотнула головой.

— Я уверен, до этого ты бы спокойно с ней справилась. Сейчас же… Назовём это внутренним блоком.

И Кай расхохоталась. Она не верила в психологию, даже не считала её наукой. Воспринимала где-то на одном уровне с эзотерикой и экстрасенсорикой. И не было никаких блоков. Она не могла пройти эту симуляцию только потому, что была недостаточно сильна. Ей просто не хватало мастерства. И она из кожи вон лезла, чтобы исправить это.

— Можешь смеяться и упрямиться сколько угодно. Но пока ты не поймёшь одну простую вещь, дальше так и не продвинешься, – Макс смотрел на неё абсолютно серьёзно. Его совершенно не трогала её реакция. Он всё равно скажет то, что собирался. А потом пусть сама решает, что делать с этой информацией. – В ту ночь, с Адамом, ты сделала всё, что могла. Я видел, чего тебе это стоило. И это было за пределами человеческих возможностей. Но иногда даже этого бывает недостаточно. Просто так случается. Не всегда всё зависит от тебя. Но это не повод сдаваться и терять веру в себя. Потому что именно это ты и сделала. Взвалила на себя груз неудачи, в которой сама же себя и обвинила. И теперь стопоришь себя, когда дело доходит до последнего рывка. Боишься, что твоих сил снова не хватит. Боишься, что, что бы ты ни сделала, этого будет недостаточно, и опускаешь руки, даже не пытаясь попробовать.

— Если бы я опустила руки, то не тренировалась бы на износ, – огрызнулась Кай, совершенно не желая принимать его слова.

— Да брось, дело вовсе не в твоей физической силе или ловкости. Это вот здесь, – Макс постучал пальцем по своему виску. – Всё в твоей голове.

Кай буравила его взглядом, но молчала, пока он совершенно расслабленно потягивал ром из своего пузатого бокала. Мысли в голове устроили какой-то дикий танец аборигенов, живущих в джунглях Амазонской низменности, переворачивая её такое привычное устройство мира. И она почти физически ощутила всю ту усталость, которую не замечала столько лет. Груз чувства вины из-за смерти самого близкого человека. А нежелание принимать тот факт, что она ничего не могла сделать тогда, не могла помочь, исправить, всё это время как будто светящееся неоновой вывеской в её голове, заискрило и потухло, погружая её в полную темноту.

Сложив руки на столе, Кай опустила на них голову. Длинные волосы рассыпались по плечам и столу, отгораживая её от окружающего мира. А через несколько секунд Макс с удивлением услышал её тихий вздох и уставший голос:

— Мне было пять, когда я осталась одна. Мать сбежала от нас года за три до этого. Отец работал полицейским и редко бывал дома. Но из тех немногих воспоминаний, что у меня остались, я знаю, что он любил меня и заботился, как мог. Он погиб на вызове. Какой-то сумасшедший с гранатой ворвался в магазин. Там не выжил никто. А я оказалась в детском доме.

Макс представил маленькую девочку с огромными грустными глазами, и у него внутри горько закололо. Он совершенно не ожидал, что её история начнётся именно так. Хотя чего удивляться. В их Агентстве по пальцам можно было пересчитать людей без личной драмы в прошлом. К ним попадали совсем не от хорошей жизни. А большинству так и вовсе нечего было терять.