Книга Опекун. Тихий омут, страница 87 – Ана Сакру

Ничего Кир не ждал от Лидушки, кроме ее волшебной улыбки. И кажется все готов был сделать для того, чтобы эта улыбка появилась. Баловал. Вполне осознанно. Пусть знает, что это такое, когда мужчина тебя любит, холит и лелеет. Кто еще, как не отец, должен ей это показать.

Тая на это по-доброму ворчала, закатывая глаза.

— Лучше к врачу с ней вместо меня хотя бы раз сходил, – цокала языком, – А то, как все неприятное, так я. Конечно, папа у нас праздник и бог, а мать только требует что-то – игрушки убрать, расчесаться, зубы почистить. И грозится наказать.

— У тебя воспитательные моменты лучше получаются, – весело щурился на это Кирилл, – и вообще четкое распределение обязанностей – залог успеха любого предприятия. В том числе семейного.

— Но Ярика воспитывать ты не против, – фыркала на это Тая в миллионный раз.

— Ярослав – мужчина, это другое, – привычно возражал жене Кирилл.

Да, с сыном у них все наоборот выходило. Тая была с мальчиком ласковой и практически безвольной, позволяя вить из себя веревки. Кир же, вспоминая своего собственного отца, интуитивно, а иногда и вполне осознанно, занимал по отношению к малышу гораздо более строгую позицию.

Тихий подошел к кровати сына в виде гоночной машинки и присел на край, разглядывая свою маленькую копию. Черные ресницы веером лежали на розовых щеках, по-детски пухлые губы были приоткрыты, темные волосы налипли на чистый лоб. Ангел, а не ребёнок. С виду. Кир криво усмехнулся своим мыслям и потрепал Ярика за худенькое плечо.

— М-м-м, – тот страдальчески замычал и попытался с головой накрыться одеялом.

— Если хочешь со мной на рыбалку, то вставай, – сказал строго.

— Пап, еще секундочку, ну одну-у! – запричитал жалобно мальчишка, не открывая глаз.

— Можешь спать хоть секундочку, хоть минуточку, а я тогда пошел, – Кир демонстративно привстал с кровати.

— Ну, па-а-ап, – захныкал мальчик, но тут же подскочил вслед за ним.

Кинулся на колени к Киру, не давая тому полностью встать, обнял крепко, повиснув на шее, и, закрыв глаза, хитрец, решил урвать пару мгновений дремоты прямо так – в объятиях отца. Кирилл улыбнулся, чуть покачиваясь с ним и гладя по темным взъерошенным волосам. Поцеловал в сладко пахнущую макушку. Такой он еще малышом сейчас ему казался, хотя иногда уже был как настоящий маленький мужичок. Рассудительный, упрямый, но чуткий и очень эмоциональный. Пять лет исполнилось в январе, как-никак.

— Так, все, одевайся, – легонько шлепнул Ярика по попе и снял с колен.

Тот пошатнулся спросонья, встав на ковер, и кулачками растер глаза.

— А что мне надевать? – капризно.

— Вон мама еще вчера все тебе приготовила. На стуле. Неси сюда, помогу.

Ярослав, зевая так, что рисковал порвать себе рот, поплелся к завешанному одеждой стулу.

* * *

На улице стоял легкий морозец. Но яркое солнце, показавшееся на горизонте, уже весело серебрило тающий в прогалинах под деревьями грязный мартовский снег, грело лицо и расцвечивало небо в нежно- розовый.

Вдохнув полной грудью сладкий весенний воздух, наполненный запахами просыпающейся природы, Кир засунул руки в карманы плотной толстовки и ускорил шаг. Ярик носился рядом как молодой козлик, то припрыжку убегая вперед в сторону лодочной, то зависая около очередной подмерзшей за ночь лужи и увлеченно разбивая тоненький лед на ней резиновым сапогом.