Книга Опекун. Тихий омут, страница 29 – Ана Сакру

Пульс бешено стучал во всем теле, между ног было мокро и тяжело. Закусила губу, когда Кир влажно поцеловал ее в плечо, возясь одной рукой с ширинкой. Потом, тихо заматерившись, высвободил левую руку из бандажа и сжал второй ладонью ее бедро, крепко удерживая на месте. Нежная раскаленная головка столкнулась между ягодиц, слепо ища вход. По телу прокатилась влажная слабость предвкушения. Ресницы задрожали, и Тая утробно застонала, чувствуя, как он одним плавным глубоким движением растягивает ее.

Внутри словно ошпарило кипятком. В уголках глаз повисли слезы. От того, каким естественным и одновременно совершенным было это чувство. От того, что это именно Кир. От того, как резко и быстро он сразу начал двигаться, не в силах удержаться.

Ноги задрожали в напряжении. Тая привстала на цыпочки, выгибаясь в пояснице и ощущая, как сводит икры. Жалобно стонала на каждом новом глубоком толчке. Громче и громче, пока Кир здоровой рукой не зажал ей рот, толкая большой палец между губ и трогая подушечкой язык. От вкуса его кожи закружилась голова, от движений члена глубоко внутри стремительно раскалялось, и туго завязывался узел экстаза.

Еще чуть-чуть. Чуть-чуть…

Но все слишком быстро кончилось. Сдавленно застонав сквозь зубы, Кир замер в ней, и Тая почувствовала, как член внутри дергается, выталкивая горячую сперму.

— Прости, – пробормотал Кирилл хрипло, кусая мочку Таиного уха, потом шею ближе к плечу, – Я заебался за эти месяцы хотеть этого, – он тяжело дышал, приходя в себя.

Зарылся лицом в ее волосы на макушке, крепко обнял за шею здоровой рукой, жадно вдохнул запах девушки.

— У тебя же еще действует противозачаточный укол? – поинтересовался.

— Да, наверно да, – заторможено отозвалась Тая, чувствуя, как низ живота болезненно сводит от неудовлетворенного до конца желания.

— Хорошо, – Кир подался назад, отстраняясь от нее, и Тая ощутила, как по внутренней стороне бедер потекли липкие и горячие капли.

Щелкнул выключатель, заливая просторную спальню неживым электрическим светом.Тая медленно отлипла от стены и одернула задранную юбку, наблюдая, как Кир тяжело проходит вглубь комнаты и опускается в глубокое кресло у зашторенного окна. Шумно выдохнув, он расстегнул несколько верхних пуговиц рубашки, снял через голову повисший на шее бондаж для левой руки. Темные глаза Кира при этом смотрели четко прямо на девушку, словно ловя ее в невидимый капкан. Лениво, но цепко. И от этого Тая чувствовала себя будто под прицелом. – Пойдешь в душ? – Кир откинулся затылком на спинку кресла, наполовину прикрыл отяжелевшие веки.Тая сглотнула, ощущая себя тем больше неуютно, чем вальяжней выглядел Кирилл. Зацепилась взглядом за темную поросль на мужской груди, видневшуюся в прорези расстегнутой рубашки. Поджала губы. Физическая неудовлетворенность смешивалась в крови со смутной обидой на саму себя и протестом от вида расслабленного Кирилла.Он думает, что это все? Так просто?! – Я пойду в отдельную комнату, – твердо посмотрела Киру в глаза.Заметила, как у него хищно дрогнули ноздри, а взгляд за секунду стал твердым. А потом Кир как-то мягко и совершенно нахально улыбнулся. – Нет, останься со мной, – в черных глазах вспыхнуло и погасло нескромное обещание.У Таи жар опалил щеки и она, смутившись, отвернулась. – Зачем? – ломко спросила. – Зачем? – хмыкнув, эхом переспросил Кирилл. Сполз в кресле, широко расставив ноги и практически устроившись полулежа, и, скривившись, достал пачку сигарет из кармана брюк, – Открой балкон, будь добра, меня немного ведет, – Не дожидаясь, пока Тая распахнет окна, чтобы впустить свежий воздух, зажал в зубах фильтр и чиркнул зажигалкой.Сама не понимая, что она до сих пор тут делает, Тая подошла к шторам и отодвинула одну из них в сторону. Открыла настежь балконную дверь, каждой клеточкой ощущая на себе тяжелый, изучающий взгляд Кирилла, нацеленный ей в спину.