Книга Темные души, страница 169 – Ана Рома

Весь оставшийся путь до номера перед глазами стояла кривая ухмылка Бернардо, а слова о «дорогом» назойливо пульсировали в висках, разжигая тревогу. Меня снова душила ледяная хватка паники. «Что, если…» Я судорожно обхватила себя руками, отчаянно пытаясь вытряхнуть из головы образ этого тирана, но тщетно. Он словно въелся в сознание, отравляя каждый вдох.

— У вас будет ровно пять минут, после чего один должен покинуть номер, до того как мы сообщим боссу. Все остальное будет восприниматься как неподчинение приказу, – проинформировал мужчина.

Перед моими глазами были цифры. Два. Два. Четыре.

Вместе. Завтра. Навсегда. Together. Tomorrow. Forever.

Приложив карточку, дверь щелкнула, я сделала шаг внутрь, набрав полную грудь воздуха, сохраняя биение сердца. Мгновение, мое тело оказалось в теплых, сильных мужских объятиях.

— Я скучал, mon ame.

Витэлия

Кристиано прижимал меня к своей груди, и я жадно вдыхала этот до боли родной запах. Его сильные руки крепко сжимали мои плечи, подбородок покоился на макушке, а я стояла неподвижно, словно солдат, застывший по стойке «смирно».

Как же я хотела коснуться его груди, зарыться пальцами в волосы, ощутить колкость отросшей щетины, прильнуть к губам, которые так отчаянно требовали моих.

Стискивая зубы, я разорвала объятия, тихо сказав:

— Не стоит.

— Даже не хочешь посмотреть на меня?

Каждое мгновение сквозило в его тоне раздражением и неприятием моего поведения, но он, как всегда, держал себя в руках. Я выдохнула, сделала несколько шагов к окну в номере и обернулась, встретившись взглядом с бурей в его глазах цвета горького шоколада.

— У нас есть пять минут, после чего все закончится.

Желудок скрутило в тугой узел, но я оставалась беспристрастной.

— Мне понадобится гораздо больше слов, нежели те жалкие попытки, что ты считаешь способными отвратить меня от тебя. Этого не случится. Забудь об этом.

— Как насчет того, что это уже происходит?

— Происходит диалог, Витэлия, – он приблизился ко мне, склонившись, едва касаясь губами моей шеи, вызывая табун мурашек вдоль позвоночника. – А сейчас мы попробуем снова. Я задаю вопрос, а ты отвечаешь. И не лги мне, mon ame, я вижу, как ты сопротивляешься правде.

Гребанный искуситель, Ринальди.

— С каких пор ты стал диктатором?

Отлично, играем в игру злости и отвращения, Витэлия.

— Почему ты играешь на их стороне? – Кристиано выпрямился, возвышаясь надо мной, такой умеренно строгий. – Почему не пришла ко мне, когда я был готов тебя забрать?

День, когда Ндрангета ворвалась в дом Волларо. День, когда мне пришлось вызвать полицию, чтобы никто не погиб. Когда я первый раз предала организацию, играя на стороне врагов.

— Потому что не хочу быть с человеком, который не доверяет мне.

В какой-то степени мои слова были правдой. Мы никогда с ним не обсуждали воскрешение Сидерно, его намерения отрезать огромный кусок от торта и не подавиться. Началась бы целая охота, чтобы зачистить семью, как это происходило множество раз. О чем думает этот безумно стратегически подкованный человек? Насколько он взвесил все варианты? Факт того, что я ни черта не знала, оставляло осадок и воспринималось как недоверие.

— Даже не знаю, Кристиано, может быть, Сидерно? Или… Чиро, а может, Валерио?

Его выражение лица помрачнело после упоминания Валерио, уверена, он и не догадывался. Павези всегда был на моей стороне, всегда.