Книга Темные души, страница 16 – Ана Рома

— Приведи себя в порядок, Каролина! Давай, иди! – приказной тон последовал от женщины, без сопереживания о болезненных ощущениях дочери. – Патриция воспитала себе подобную, как трогательно.

При упоминании моей покойной бабушки во мне возникло чувство боли и злости, прикрыв на мгновение глаза, я выдохнула.

— Витэлия, твой глупый язык приведет тебя к смерти раньше, чем я планировал, – по голосу глава был удовлетворен моим положением.

Мои глаза были на уровне его лощеных туфель без возможности поднять головы. Его сын все еще держал мои руки, так что мои лопатки начали ныть.

— Вы настолько в себе не уверены, что мои слова задели вас. Вот только… склоняя свою голову, я все еще могу манипулировать вами.

Мои руки упали, ударившись об пол, а тело резко поднялось, оставляя меня стоя на коленях. Схватив рукой мое лицо, приближая ближе к себе, его пальцы так сильно сжимали челюсть, оставляя красные следы.

— Будь готова играть по моим правилам, до тех пор, пока я не наиграюсь и не убью тебя, – его дыхание обжигало лицо, выплевывая каждое слово, не разрывая взгляда. – Кристиано почувствует боль, что причинил моей семье. Я обязательно подарю ему эту возможность, а ты станешь моей куклой, чтобы причинять эту боль.

С силой отбрасывая меня обратно, босс Каморры встал и вышел из комнаты, за ним тут же последовала супруга.

— Он ненавидит непокорных людей, но ты нужна ему, поэтому до сих пор дышишь, – блондин опустился передо мной на корточки, обхватывая мою шею пальцами так, чтобы я посмотрела на него. – Советую держать свой милый ротик закрытым.

Его лицо будто высечено из камня: острые грани скул, тонкие губы, волевая линия челюсти – идеально гармонировала с внушительным ростом. Лишь сейчас я заметила, что его шея покрыта татуировкой в виде большой паутины, в центре которой сидит паук. Другие участки оголенной кожи также были покрыты рисунками, становилось очевидно: парень превратил собственное тело в холст, где каждый штрих – история, выжженная под кожей.

Мужчина отпустил меня, я собралась с силами, чтобы подняться. Мое тело болело, появилась жажда, а мочевой пузырь подавал первые признаки, что пора облегчиться.

— Засунь свои советы себе в задницу.

Отряхивая свои брюки так, будто они не были испорчены, как и кашемировая водолазка бежевого оттенка, впитавшая кровь.

Поднявшись следом за мной, он действительно был очень высоким. Ничего не ответив, хватая меня за предплечье, потянув за собой из комнаты, успев схватить за дверной косяк, отталкивая от себя, попытавшись вырваться. Снова стальная хватка на моем горле, затылок больно ударился о стену, перед глазами поплыли черные точки, я схватилась обеими руками за его запястье, как только почувствовала, что мои ноги отрываются от земли. Он душил меня медленно, вселяя ужас, что пытался разглядеть в моих затуманенных глазах.

Издавая хрипловатые вздохи, щеки горели из-за давления, ощущая, как лопаются сосуды в глазах.

— Не смей бросать мне вызов! – опуская меня обратно, не убирая руки, его дыхание обожгло кожу. – Очень скоро твоя храбрость закончится, и ты будешь умолять.

— Но мы не в храме, чтобы я читала тебе молитву, – прохрипела я, пытаясь выговорить четко каждое слово.

Он ухмыльнулся, отступая, мои легкие вновь наполнились. Приложив руку к грудной клетке, выравнивая дыхание, все еще опираясь о стену.