Книга Темные души, страница 113 – Ана Рома

С самого первого дня нашего знакомства с Витэлией я готов был говорить о ней бесконечно. Ее образ поселился в моей голове бессовестно и абсолютно бесплатно, будто изначально там ему самое место. Она – мое дежавю прошлых жизней, она же – моя следующая жизнь. Если любовь – наказание, то я готов принять абсолютно любую форму пыток, которую она только позволит сотворить со мной. Я был грешником и никогда не думал искупать грехи, но молитвы к Богу сами слетали с моих уст, воспроизводя в сознании цвет ее голубых глаз, губ и аромат ее чертовки соблазнительного тела, к которому я готов был прикасаться до последнего вздоха.

Женщина, что посадила меня в тюрьму своих объятий, из которых мне никогда не выбраться на волю, превратилась в дом. Любовь к ней пришла, окрашивая мои мрачные будни, когда я стал замечать, как красиво цветут по весне бутоны на деревьях и зеленеет трава. Солнце становилось жарче к полудню, целуя ее бледное лицо, проявляя веснушки, чтобы я ревновал. И я ревновал ее так же сильно, как желал целовать раскрасневшиеся щеки.

Я был заложником, она – клятвой, что я нарушил, она – карма и она же – исповедь.

Витэлия

Сидя в комнате Марко на мягком матрасе, ощущая шум в ушах. Можно ли происходящее назвать несправедливостью? Возможно, люди просто забывают, что равновесие в мире существует, а мы просто утопаем в собственной злости и обидах, когда верный выход – прощение.

Я верила в то, что Кристиано был огорчен моими словами, но не воспринял всерьез. Насколько сильно мои последующие действия могут отдалить нас друг от друга? А ведь у нас только начало получаться быть семьей.

Покрутив обручальное кольцо на пальце, представляя, как запускаю пальцы в его густые черные волосы.

— Я так скучаю по тебе.

Дверь открылась, я резко подскочила с кровати. Марко зашел, убирая пистолет, быстро пробегая взглядом по мне. Его нижняя губа припухла, волосы растрепаны, но взгляд оставался ледяным и жестоким. Уверена,мысли тоже были не в порядке. Отойдя в другую часть комнаты, пока он медленно прошелся до окна, не спуская с меня глаз.

— Полиция, план был хорошим, но слегка пришлось повозиться. В нашем районе они прикормлены и, как слепые щенки, приходят на запах, – он слегка покрутил головой, разминая шею.

— Что вы сделали с моей дочерью? – требуя правду.

— Анджело рассказывал что-то про рыбу, но детали мне неизвестны.

У Эйми аллергия на рыбу, врач, у которого мы наблюдались, занесла обитателей воды в список запрещенных продуктов. Кристиано нанял отдельного помощника по приготовлению еды для ребенка. Одно из условий – готовка в специально отведенном месте, даже кухонные принадлежности для еды Эйми были отделены от общих.

— Где он? – разворачиваясь к выходу, стискивая челюсть, готовая разорвать Анджело на части. – Я разрешу ему посмотреться в зеркало, прежде чем высеку имя своей дочери на лице.

Марко догнал меня у двери, резко дергая за руку, я вскрикнула от боли. Его рука, что сильно обхватывала предплечье, ослабила хватку. Готова была поспорить, что он едва не отпрыгнул от меня, осознав, что сделал мне больно.

— Мне только удалось притащить тебя в более благоприятное место, – напоминая, что в любой момент вернет меня в бетонный сарай.

— Общество крыс мне нравилось больше, – прохрипела я,одергивая руку, борясь с ноющей болью.