Книга Дочь врага, страница 79 – Владимир Колычев

Вместе с ним уезжали и его бойцы.

— Ну и фуфло он, этот Лиханов, — едко усмехнулся Каучук. — Одни понты!

Толковый парень, в криминале не состоял, но отчаянный. В Афган в свое время рвался, но не успел, войска вывели, но два года в десантуре отпахал. И сейчас повоевать рвался, Семен пока точно не знал, насколько это желание искреннее, не проходил пока Каучук проверку реальным боем.

— Зато на бабках конкретно стоит, — и пренебрежительно, и с завистью одновременно скривил губы Чарун.

Черуньев его фамилия, отсюда и кличка. К мужским чарам он отношения не имел, во всяком случае, к тем, которыми берут женщин. Лицо узкое, а нос большой, широкий, еще и кривой, тонкие, как нити, губы, подбородок раздвоен, как сочленение бедренной кости. Нос крупный, в драке не промажешь, но крепкий. Семен проверял его на ринге, со всей силы приложился, и ничего. Махался пацан мощно и не трус.

— На бабках не стоят, на бабках ездят. В рай, — довольный своей шуткой, осклабился Каучук. Фамилия у него Кучук, первое время Семен так его и называл, но в конце концов все‐таки перешел на «Каучук».

— В рай, — повторил за ним, соглашаясь, Семен.

Вадим уже попытался въехать в рай на белом коне. При бабках, верхом на Тоше. Думал, Клара падет к его ногам. На Тоше подъехал. И Семен этот момент прозевал, потому что снял наблюдение и с Тоши, и с Клары. Думал, все, Тоша в их делах с головой, а этот сучонок снова с Вадимом снюхался. Возможно, Вадим сам к нему подъехал, и Тоша с удовольствием прогнулся под него.

И с Вишняка Семен наблюдение снял. Пятака попросил, но тот не откликнулся, нет ему дела до Вишняка: это его, Семена, головная боль. Не смог пристрелить предателя, сам с ним возись… А после Пятака уже и Рома Шток успел сгинуть. Отстрел продолжался. И вряд ли этот беспредел исходит от официальной власти. Слишком слабая она для таких дел.

— Может, и нам в рай заехать? — в раздумье проговорил Семен.

— На Победы? — оживился Каучук.

Семен промолчал. Он человек семейный, разговоры о левых удовольствиях не поддерживал. А на улице Победы он познакомился с Оксаной. Кто подсунул ему эту наживку? Что, если действительно Вадим, интерес у него имелся. Но Оксана звонила Сереге, тот повелся, поехал на встречу и нарвался на киллеров. Если Оксана — проект Лиханова, зачем она участвовала в покушении на Серегу? Зачем Лиханову Пехорск? Лесная промышленность здесь не развита, ни вырубок, ни заводов. Может, его интересует железнодорожный узел, возможность гнать отсюда лес на экспорт? Возможность, может, и есть, но слишком уж сомнительной ценности этот приз для столь кровавой игры.

— На Октябрьскую, — немного подумав, сказал Семен.

Именно там и жил Вишняк. Частный сектор, небольшой деревянный домик с удобствами во дворе. Не так давно неподалеку от дома дежурила машина, за Вишняком следили. А сейчас нет. И кто‐то мог этим воспользоваться. Или уже?

У ворот дома стоял черный БМВ с тонированными окнами. Каучук стал притормаживать, но Семен велел ехать дальше. Черным «бумером» в городе никого не удивишь, но вдруг это та самая машина, на которой уехали киллеры? Вдруг эти ублюдки сейчас у Вишняка? Вместе с Миндалем?

Во дворе ни одного человека, но дверь в дом приоткрыта. И за окном в доме какое‐то смутное движение.