Книга Дочь врага, страница 41 – Владимир Колычев

Шустов подписывал документы, перед ним выстроилась целая очередь. Он такой важный, значительный, что Семен перед ним выглядел просто жалко. Тем более что на помощь секретарше уже спешили охранники. Его запросто могли выдернуть обратно в приемную — на потеху Шустову. Но, к счастью, директор прекрасно понимал, с кем имел дело, и не стал играться с огнем.

— Элеонора Максимовна, вы свободны!.. Все свободны!

Никто не возмутился, толпа схлынула, и Семен остался наедине с хозяином кабинета. И всего завода.

Спортивный костюм он оставил дома, надел черные джинсы, белое поло, а сверху кожаную куртку. Вместо кроссовок черные туфли. Темный низ, светлый верх — вид вроде бы приличный. Жаль только, мозоль натер, пока шел.

— Как добрался? — вместо приветствия вежливо спросил Шустов. Он заставил себя улыбнуться, но с кресла не поднялся и руки не подал — это уж чересчур для какого‐то сопляка.

Семен сделал вид, что не услышал Шустова, каменная маска так и осталась на лице. За приставной стол он сел без приглашения.

— Брат подвез? — поинтересовался Шустов.

В ответ Семен молча пожал плечами. Сам он приехал на завод, в Москве «мотор» взял и прямым рейсом на Дальнюю улицу. Серега даже не знает, где сейчас Семен. А если знает, если он где‐то рядом, то что с того?

— А сам почему не пришел?

— А мне сваты не нужны. Мы с Кларой для себя уже все решили.

— Ну да, ты же у нас полностью самостоятельный. Бандит, — с обидной насмешкой произнес Шустов.

— Не бандит я! — косо глянул на него Семен.

— А кто ты? Людей грабишь? Грабишь! Значит, бандит!

— Не граблю я никого!

— Ты деньги вымогаешь… И ко мне пришел за тем же. Только не говори, что это не так!

— Не говорю! — Семен спокойно выдержал взгляд.

Но Шустов продолжал напирать:

— А кто ты такой, чтобы с тобой делился целый завод?

— Кто я такой? Обманутый влюбленный. Вы сказали мне, что Клара у Селезнева. И его убили. Хорошо, что это сделал не я.

— Не ты, — качнул головой Шустов, и голос его заметно дрогнул. Знал Семен, чем задеть его за живое.

— И вас может убить кто‐то другой. За вранье.

— Это угроза?

— Это возможности… У вас есть такие возможности? — с усмешкой спросил Семен.

На этот раз Шустову пришлось выдержать его взгляд, с чем он, в общем‐то, неплохо справился, и уверенно ответил:

— Есть.

— Убьете меня?

— И убить могу. И в тюрьму посадить. Очень даже легко могу посадить… И поверь, мне ничего за это не будет.

— Нет?

— Из тюрьмы ты живым не выйдешь, я могу об этом позаботиться. Или ты думаешь, что я бедная овечка, которая может только блеять и травку щипать?

— Я так не думаю. Вы же смогли взять под контроль кооператив… Не вы же его создавали…

— Селезнев мне очень помог. И я его за это отблагодарил.

— А потом убрали. Чужими руками.

— Ну, если честно, я не знал, что ты настолько любишь Клару…

— А я ее действительно очень люблю.

— И еще она ждет от тебя ребенка.

— Ребенка?!

Если Шустов хотел выбить Семена из колеи, это у него прекрасно получилось.

— Только что звонила. Из женской консультации… Ты меня понимаешь? — загадочно, но с холодком улыбнулся Шустов.

— Мне Клара ничего не говорила, — покачал головой Семен.

— Боялась ошибиться. Но теперь ошибка исключена. Так что нам никуда не деться от тебя, парень. И сваты не нужны, все уже решилось автоматически. Ты женишься на Кларе, быстренько сыграем свадьбу.