Книга Замерзший, страница 7 – Эрин Боумен

Эйден кивает, глядя вверх на нас с Бри.

— А что на ужин?

— Какое-то мясо, - отвечаю я, и мой желудок урчит при этой мысли.

— С картошкой? - спрашивает он. - И со свежим хлебом?

— Размечтался, парень.

Мы нашли остальную часть команды в здании, которое выглядело как столярная мастерская. Тут был сводчатый потолок и целый ряд станков вдоль стены, которые были покрыты опилками и заготовками. Разделочные ножи и рубанки терпеливо ждали, как будто плотник просто вышел на свежий воздух.

Кто-то очистил центр комнаты, за исключением нескольких стульев и скамеек, и Сентябрь начала разводить огонь на каменном полу. Она нашла большую кастрюлю в одном из заброшенных домой, и, судя по запаху, также несколько банок куриного бульона. Бульон кипел, пока курица на вертеле шипела над огнем.

— Где ты нашла курицу? - спросил я.

— Некоторые были еще живыми в курятнике на западной стороне города, - сказал Ксавье, раздувая огонь. Его взгляд упал на Эйдена. - Где ты нашел парня?

— Я не думал, что здесь есть выжившие, - сказал мой отец, глядя на карту, которую он изучал вместе с Бо и Клиппером.

— Их и нет, - ответил Эйден. - Только я и Расти. - Собака в восторге выбежала вперед.

— Я сказала Эйдену, что он может присоединиться к нам за ужином, - объяснила Эмма.

Мой отец нахмурился, но сказал:

— Конечно.

Немного позже, мы сгрудились около костра, чувствуя тепло в первый раз за долгое время, и поедали куриный суп, такой вкусный, что никто не беспокоил разговорами.

— Они пришли утром три недели назад, - внезапно произнес Эйден. - Я вырезал линии на моем кроватном столбике, чтобы считать дни.

Мой отец замирает, ложка останавливается на полпути ко рту.

— Кто пришел?

— Мужчины. В черной униформе. Они сказали, что им нужна наша вода. Я был наверху в своей спальне, когда они пришли. Мама сказала оставаться там.

Эйден посмотрел на дверь, как будто там могли появиться темные силуэты мужчин.

— Колодец находится рядом с нашим домом, - наконец произнес он. - Я иногда высовывался из окна своей спальни и стрелял по нему камушками из рогатки. Софи, она была моей кузиной, тоже так делала.

Была. Мальчик уже настроился говорить так о людях, которые всего три недели назад были живы.

— Мужчины пошли прямо к нашему колодцу и начали выкачивать воду, - продолжал Эйден. - Господин Беннетт, который работал в кузнице, подбежал и попытался остановить их. Он говорил очень много плохих слов. Человек в черном сказал что-то о стране, нуждающейся в нашей воде, и когда господин Беннетт не прекратил кричать, человек вынул свое оружие, а затем господин Беннетт был уже мертв.

В комнате стало так тихо, что потрескивание огня звучало так же громко, как выстрелы. Эйден снова начал дрожать, и Эмма посадила его к себе на колени.

— Они осушили колодец и уехали. На следующий день люди начали заболевать. Мама начала кашлять и заперла меня в моей комнате с нашим последним кувшином воды, запасом хлеба и сыра. Я думал, что сделал что-то плохое, потому что она закрыла носовым платком рот и не смотрела на меня. Она велела мне держать окно закрытым, и взяла с меня обещание не открывать его.

— И я не открыл. Даже когда я увидел их, идущих по городу, плачущих и кашляющих. Их кожа была ободрана. Их глаза стали желтыми. Некоторые из них забрались на своих лошадей и уехали. Большинство пошли в церковь и молились там. Я наблюдал за ними из своего окна, но я держал его закрытым, как и велела мне мама. Я не касался окна до тех пор, пока не настала тишина, и когда это случилось, я распахнул его и вылез.