Книга Квартира №16, страница 228 – Татьяна Ларина

— Это тебе, Лисенок, — улыбнулся он, глядя как я удивленно рассматриваю коробку, но не решаяюсь открыть.

— Что это? — вопросила я.

— Распечатай и сама увидишь, — усмехнулся он.

Я аккуратно раскрыла упаковочную бумагу, провела ладонью по глянцевому картону коробки, не спеша подняла крышку и увидела черный кожаный футляр.

— Скрипка, — выдохнула я.

— Из-за меня ты бросила играть, хочу загладить свою вину перед тобой. Сыграй, Лисенок, — Денис вынул футляр из коробки и положил его мне на колени.

— Ты ни в чем не виноват. Я бросила игру, потому что думала, что ты меня оставил, но ведь это было не так…

— Не так, поэтому нет больше причин отказываться от игры… А играешь ты все так же замечательно, — улыбнулся он и мы оба замолчали, вспомнив тот случай, когда я вновь взяла в руки скрипку, а Денис услышал мою игру.

— Что мне сыграть для тебя? Ту самую мелодию?

— Нет, хочу что-нибудь быстрое и веселое. Мы же больше не грустим?

— «Венгерский танец» Брамса?

— Давай…

С тех пор я играла каждый день, но, в отличие от детства, сейчас скрипка приносила удовольствие. Ради интереса я стала играть современную музыку, давая ей другое, инструментальное звучание. Иногда хотелось академической классики, но, как правило, если была одна, а Денис предпочитал слушать в моем исполнении рок.

Снова с улицы послышался шум машины, я опять поспешила к двери, и на этот раз не ошиблась. Денис не спеша шел от калитки к дому и уже звенел ключами, но я открыла ему раньше, чем он поднялся на крыльцо.

— Опять не спишь? — недовольно спросил он, окидывая меня внимательным взглядом.

— Не могу. Без тебя, — виновато ответила я.

Каждую ночь я ждала его возвращения. Денису это не нравилось, иногда мы даже ссорились. Он хотел, чтобы у меня был нормальный распорядок дня, злился, видя синяки под моими глазами, и чувствовал вину, что это из-за него.

— Когда же ты научишься… — вздохнул он и легко поцеловал меня в щеку, — я в душ, и будем спать.

Его одежда, как всегда, пахла кухней, сигаретами, кальянным табаком и чужими духами. Чужой запах, напоминающий о том, сколько всего происходит с ним за день. Я сложила брюки и рубашку на тумбу, чтобы потом закинуть в стирку и повесила на кресло чистую, выглаженную одежду. Так я делала каждый день, чтобы утром возлюбленный не тратил время на поиски в шкафу. Да и ухаживать за ним было дико приятно.

В ванной шумела вода, старые часы отбивали секунды, и я, наконец, почувствовала усталость. Теперь, когда он был дома, я могла расслабиться. Как же сильно жизнь с Денисом отличалась от спокойной, уверенной стабильности с Костей.

Я переоделась в пижаму, поставила рядом с кроватью свою трость и забралась под одеяло. Постель была холодной, и я поежилась, чувствуя, как по телу побежали мурашки. Еще один день позади и Денис со мной, но завтра все повторится вновь: он уедет в полдень, может, в час и заберет с собой мое сердце, без которого мне останется только существовать, дожидаясь возвращения любимого. Я закрыла глаза и стала думать, что приготовить на завтрак — омлет, яичницу, блинчики? Пожарить бекон или сварить кашу? Кашу… Кашу…

— Лисенок, — послышалось над ухом, и я распахнула глаза. Уснула и не заметила, — ты спишь?

— Нет, милый, что такое? — я повернулась к Денису и уткнулась носом в его голую грудь. Теперь он пах собой. Собой и мылом. Такой родной и любимый запах. Готова ли я снова ждать весь день в одиночестве, чтобы ночью вот так почувствовать рядом? Да, готова.