Книга Квартира №16, страница 133 – Татьяна Ларина

Когда я вышла из ванной, Костя уже спал, а вот мне спать не хотелось. Я тихо взяла свой ноутбук, ушла на кухню и загрузила браузер. Как-то само собой в поисковике ввела название Денисового ресторана и открыла картинки с фотографиями заведения. В каждой из них я отчаянно пыталась найти его, и иногда это удавалось. Только на рассвете, выкурив пачку сигарет, отправив к чертовой матери намерения бросить, выплакав литры слез по утраченной любви, я вернулась в постель к своему жениху. Костя что-то пробормотал во сне и, повернувшись в мою сторону, подмял меня под себя, как делал всегда и как мне нравилось. Несмотря ни на что, я вновь почувствовала спокойствие в знакомых объятьях. Так мы и уснули.

На следующий день мой мужчина мучился похмельем. Обычно он пил только крепкий алкоголь и всегда чистым, немного, но достаточно, чтобы расслабиться и не опьянеть. Вчера же мы намешали шампанское и вино, но если я выпила три бокала, то он осушил три бутылки. Никогда раньше не видела Костю настолько беззащитным, и таким он не мог не умилять. Я заботилась о нем, как о ребенке и это было очень приятно. Наше общение было невинным, скорее дружеским, и мне это нравилось. В какой-то момент я вдруг осознала, что именно такой должна быть настоящая счастливая семья. Что еще нужно, когда рядом любящий человек, с которым так комфортно? Да, нужна взаимность, но ведь она может прийти не сразу. Сколько счастливых браков, построенных на уважении и симпатии, а со временем супруги начинали друг друга любить. Мне нужно было перебороть себя, подчинить чувства разуму и ответить взаимностью Косте. Он пошел в душ, а я последовала за ним и, скинув с себя все, зашла в кабину.

— Элис, решила потереть мне спинку? — усмехнулся он, вкладывая мне в руку мочалку.

— Почему нет, — улыбнулась я, начиная водить мыльной губкой по его широкой спине.

Костя был крупнее Дениса, но его мускулы так не выделялись, хотя фигура у обоих была отличная. Неосознанно я стала сравнивать их, таких разных, непохожих, но до невозможности родных.

— Солнышко, решила протереть во мне дырку? — вывел меня из задумчивости Костя, и я заметила, что его левая лопатка покраснела, так сильно ее терла.

— Прости… Я задумалась.

Костя повернулся и, запустив руку мне в волосы, притянул к себе. Он жадно целовал, а я отчаянно отвечала, стараясь пробудить в себе страсть. Внутри меня разлилось приятно тепло, знакомое тягучее ощущение появилось внизу живота, и я со стоном выдохнула ему в губы. Костя подхватил меня под ягодицы и прижал спиной к стене, а я вздрогнула от прикосновения холодного кафеля к разгоряченной коже. Он спускался поцелуями на шею, а я вдруг осознала, что рыдаю…

— Элис?..

— Не могу… прости.

Сидя на кухне, мы молча курили. Костя не спросил, а я не ответила. Все было ясно без слов.

— Любишь?.. Его?

— Я запуталась.

— Расстанемся?

— Так будет честно по отношению к тебе, но я хочу, чтобы все было как прежде. У нас с тобой.

— Потому что он с ней?

— Потому что есть ты.

Костя затушил сигарету и пошел на балкон. А я смотрела на его спину. Широкую, мужественную, больше, чем у Дениса. Я снова причинила Косте боль и возненавидела себя еще сильнее. Но не могла соврать ему, не могла с ним спать, чувствуя, что пока еще принадлежу другому. А еще я эгоистично не хотела терять Костю. Мой разум кричал, что с ним я буду счастлива, а сердце со всей силы упиралось.