Книга По ту сторону свободы, страница 114 – Анна Бойцан

— Знаешь, — Виктор вдруг стал серьёзнее, его глаза потемнели, — я всегда считал, что искусство — это способ остановить время. Сохранить момент, чувство, мысль. Сделать их вечными. Но не так, как мумия, а как живое, дышащее воспоминание. То, что можно пережить снова и снова, не теряя остроты.

Лив вздрогнула. Вечными. Это слово прозвучало слишком остро, слишком близко к её собственной, ужасающей реальности. Ей вспомнились вопросы, которые она задавала себе.

— А ты веришь в вечность? — спросила она, её взгляд был прикован к его лицу, пытаясь найти в нём ответы на свои собственные страхи.

Виктор улыбнулся, чуть грустно, словно за его плечами была целая жизнь.

— В ту, что в картинах — да. В ту, что в жизни... не знаю. Слишком много боли в ней, Лив. Слишком много потерь. И знаешь, иногда мне кажется, что самое ценное — это не бесконечность, а способность ценить каждый миг. Потому что именно эти мгновения, хрупкие и мимолетные, делают нас живыми, наполняют смыслом. И в них, наверное, и кроется настоящая вечность, не та, что измеряется годами, а та, что ощущается душой.

Лив молчала, её пальцы теребили ложку, а в голове звучали его слова, такие простые и такие глубокие. Он не знал. Не знал, насколько близко его слова к её миру, к её проклятой вечности с Дорианом. Но в его словах было столько тепла, столько человечности, что Лив почувствовала, как что-то внутри неё, давно запертое, обледеневшее от ужаса и отчаяния, чуть-чуть приоткрывается, впуская свет. Она почувствовала родство душ, необъяснимую, но глубокую связь. Казалось, она нашла кого-то, кто понимает, не задавая лишних вопросов, не требуя объяснений.

Когда они вышли из кафе, Лив чувствовала, как её обволакивает лёгкая, почти забытая беззаботность, словно она на мгновение смогла выдохнуть. Она смеялась над очередной шуткой Виктора, когда её взгляд случайно скользнул по припаркованной машине неподалёку. Чёрный внедорожник. Слишком знакомый. И ледяной, неподвижный силуэт за тонированным стеклом. Сиенна. Конечно же. Как иначе...

Лив мгновенно замерла. Улыбка сползла с лица, словно маска. Холодная волна пробежала по телу, стирая всю лёгкость, всю беззаботность, что дарило общение с Виктором. Она почувствовала себя пойманной, как птица в ловушке, чей полёт оборвался на полуслове.

Виктор заметил её внезапное напряжение. Его улыбка померкла.

— Что-то не так, Лив? Ты вдруг побледнела.

— Нет, — Лив быстро покачала головой, стараясь выглядеть естественно, но её голос прозвучал чуть натянуто. — Просто... показалось. Давай, мне нужно вернуться в галерею. Много работы.

Она чувствовала его пристальный взгляд на себе всю дорогу до галереи, будто он пытался прочесть её мысли. Он ничего не сказал, но Лив знала: Дориан всё видит. Всё слышит. И всё контролирует. Это был не город сюрпризов, а его личная, прекрасно отлаженная ловушка.

* * *

Вернувшись в особняк, Лив сразу почувствовала — Дориан дома и ждёт её. Воздух был наэлектризован, наполненный его невидимой, обволакивающей энергией. Она прошла в свою комнату, бросила сумку на кровать и подошла к окну. Сумерки сгущались, окрашивая небо в лиловые тона, будто мир снаружи готовился к новому представлению.

Дверь тихо отворилась. Дориан. Он стоял на пороге, словно призрак, возникший из теней, его взгляд был внимательным, проницательным, изучающим, но в целом выражающим спокойствие.