Книга Разрушенный, страница 111 – Мари Мур

Я сжимаю ладони, и мои ногти болезненно впиваются в кожу. Я посылаю Кэшу все сигналы, чтобы он ушел. Но Кэш будто прирос к полу ногами и хмуро смотрит на Киллиана.

— Я не спрашивал твоего гребаного совета, – огрызается он, а затем переводит на меня взгляд. – Ты та, которая разглядела во мне хорошее, когда все вокруг видели плохое. Ты та, которая смогла вытащить меня из порочного круга и показала, что такое по-настоящему быть счастливым. Ты показала мне, что такое любовь и верность. Однажды я потерял тебя. И я ничего так не хотел больше всего за свою жизнь, чем вернуть тебя. Я поклялся самому себе: если когда-то мне выпадет шанс, и я снова встречу тебя, то больше никогда… Больше никогда не оставлю тебя. Я сожгу весь чертов мир, чтобы быть с тобой. Я всегда тебя любил, Ким. И продолжаю любить…

— Мне надоело это слушать, – перебивает его Киллиан.

В следующую секунду быстрее, чем вспышка света, он ударяет Кэша электрошокером. Раздается треск, и Кэш сжимает челюсти, борясь с внутренней болью. Я всхлипываю и прижимаю ладонь ко рту.

Киллиан снова наносит удар электрошокером, и у Кэша подкашиваются ноги. Он падает на пол, и я бросаюсь к нему. Но Киллиан распоряжается, чтобы меня вывели из номера. Кровь ударяет в виски при одной-единственной мысли.

Я знаю, почему мой брат не хочет, чтобы меня тут не было. Он не хочет, чтобы я видела, как убивают Кэша.

— Нет! – я пытаюсь вырваться, но охранник крепко держит меня и уводит из номера.

В этот момент Кэш пытается двигать руками и ногами. Удары электрошокера его обездвижили, но он все равно не бросает попыток добраться до меня.

— Ким! – кричит он.

— Ты же видишь, что она не хочет с тобой разговаривать, – Киллиан пинает его в живот.

— Ей снились кошмары, и она просыпалась с окровавленными руками, выкрикивая твое имя, – Киллиан наносит еще один удар.

— Я предупреждал тебя, чтобы ты держался подальше от моей сестры. Но ты меня не послушал, – снова удар.

Все внутри меня разбивается вдребезги. Я чувствую боль, которую чувствует Кэш. У меня не хватает сил, чтобы вырваться и совладать с охранником. Меня выводят в коридор, но перед этим до моих ушей доносится щелчок предохранителя.

— НЕТ! – кричу я изо всех сил.

Я сгибаю колено и ударяю охранника по яйцам. Мужчина расслабляет хватку, и я моментально вырываюсь и бросаюсь обратно в номер. По пути хватаю нож с сервировочной тележки. Не знаю, каким образом она здесь оказалась, но сейчас меня это волнует меньше всего.

За долю секунды я встаю между лежащим на полу Кэшем и охранником, нацелившем на него пистолет. Я резко поднимаю перед собой нож, прижимая кончик лезвия к горлу мужчины. Он не двигается и ждет указаний Киллиана.

Я уверена, что мой брат может сделать молниеносный выпад и выбить нож из моей руки. Но прямо сейчас я хватаюсь за любую возможность спасти задницу Кэша.

— Киллиан, не надо, – я смотрю на брата и молюсь, чтобы он прислушался ко мне. – Оставь его.

Мы глядим друг на друга, и клянусь, это самые долгие десять секунд тишины в моей жизни. Я не могу уловить эмоций во взгляде Киллиана, но наконец он обращается к мужчине:

— Опусти оружие.

Охранник убирает пистолет, я одними губами шепчу Киллиану: «Спасибо».

— Можешь считать, что у тебя сегодня второй день рождения, – Киллиан опускает взгляд на Кэша и неожиданно вздергивает бровь. – Что тебя веселит, придурок?