Книга Исчезнувшая, страница 95 – Мари Мур

Какой же я идиот.

Большинство девушек не прочь поразвлечься со мной и моим братом. Не важно в какой последовательности. Некоторые будут рады принять одновременно оба наших члена. Но Ким…

Она слишком хороша и чиста, чтобы вести двойную игру со мной и Десмондом.

–Я не понимаю, – хмуро отзывается Ким. – Как ты мог подумать, что я могу быть с твоим братом? Неужели ты совсем не знаешь меня?

Я морщусь от собственной ошибки. Мне нужно извиниться перед Ким, чего бы этого не стоило.

— Помнишь, как Голди сгрыз твои любимые Dr. Martens? – спрашиваю я.

— При чем здесь это?

— Он показал тебе свой живот. И ты почесала его и не стала на него злиться, – я провожу рукой по своему прессу, и взгляд Ким прослеживает за моей ладонью. – Если я покажу тебе живот и чуточку больше, – я ухмыляюсь, скользнув рукой к паху. – Ты же тоже перестанешь сердиться? Я даже там тебе погладить…

— Это самое ужасное извинение, которое я только слышала!

— Почему с ним это прокатило? – я указываю на Голди, который уже забрался в свою собачью постель и храпит. – А со мной – нет? – искренне недоумеваю я.

— Очень мило, что ты сравниваешь свое развитие с лабрадором, – саркастично говорит Ким. – Но в качестве извинений я жду подробности, как у тебя оказался мой дрон.

— Я случайно обнаружил его в бюро находок и хотел его вернуть, – не моргнув глазом, вру я. – Конец истории.

На лице Ким отображается самая настоящая ярость.

— И я полагаю, ты не имеешь отношение к фейерверку, который попал в дом моего отца во время вечеринки?

Откуда она, черт возьми, знает?

— Какой фейерверк? – делаю вид, что я ни при чем.

Издав тихое раздраженное рычание, Ким разворачивается и быстро шагает к выходу из дома, на ходу застегивая молнию на моей куртке.

— Ким!

Черт!

Я бегу за ней и ловлю ее на пороге. Ким тянется к ручке и приоткрывает дверь, потянув ее на себя. За долю секунды я поднимаю руку и ударяю по полотну, захлопнув его перед ней.Ким никуда не уйдет, пока мы не поговорим!

— Принцесса, дай мне все объяснить.

— Не называй меня принцессой. Такое право было только у Кэша, а не у самого отъявленного лжеца, – Ким вновь хватается за ручку двери.

— Хорошо, я соврал, – признаюсь я. – Я – гребаный лжец. Но я был абсолютно честен, когда говорил, что ты мне нравишься. Нравишься настолько сильно, что я… направил фейерверк на твой дом.

Ким наполовину распахивает дверь, но останавливается. Она остается на месте, и я расцениваю это, как сигнал «Продолжай».

— Я был в доме твоего ублюдочного папаши, когда он устроил прием. Я весь вечер не сводил с тебя глаз и старался быть незаметным. Я ненавидел каждого, кто дольше положенного задерживал на тебе взгляд, – я сжимаю кулаки, вспоминая тот вечер. – Но когда конченный Блаунт начал с тобой танцевать и решил, что ему слишком много дозволено, я не мог просто стоять и есть это дерьмо.

— Я догадывалась, что это твоих рук дело, – доносится тихий голос Ким.

— И?

Ким молчит, и у меня внутри все сжимается. Вдруг она будет во мне разочарована? Мне всегда было все равно, что думают другие о Кэше Аматорио. Всегда. Но когда дело касается Ким – она исключение из правил.

Она захлопывает дверь, разворачивается ко мне лицом и поднимает голову, чтобы встретиться со мной взглядом. Я смотрю в ее глаза – два океана, в которых рад захлебнуться. Ее кожа сияет безупречностью и чистотой, губы мягкие и идеальные. Ее ресницы от природы густые и пушистые, и за них половина сук «Дирфилда» готова продать душу.