Книга Исчезнувшая, страница 42 – Мари Мур

— Раз уж мы застряли здесь на неопределенное время, – прочистив горло, начинаю я. – Можно было бы сыграть.

Кэш поворачивает ко мне голову, и я встречаюсь с его синими глазами – его самая выразительная черта. Не потому что они обрамлены черными густыми ресницами. А потому что они настолько глубокие, что это пугает. Никто не знает, сколько демонов прячется внутри.

— В какую игру ты хочешь сыграть, принцесса?

Вряд ли меня назовешь слишком смелой и решительной девушкой. Для меня гораздо проще задавать вопросы под предлогом игры, которую мы любили в детстве.

— «Три ответа».

— Ты же помнишь, что правила действуют в обе стороны? Никто из нас не может отказаться от вопроса другого.

Я уверенно киваю.

— Начинай, – велит Кэш.

Я набираю побольше воздуха в легкие. Мне нужны мужество и воля для того, чтобы спросить самый главный вопрос.

— Почему ты перестал мне писать?

Расслабленное выражение лица Кэша сменяется каменным. Он пристально смотрит на меня, а его глаза… Я не могу определить, оживились ли его глаза из-за того, что мой вопрос его тоже волнует. Либо из-за того, что Кэш раздражен, потому что я вторгаюсь в его жизнь, которую он предпочитает скрыть от других.

— Прошлое для меня остается прошлым, Кимберли.

Его ответ меня бесит. Кэш не мог ответить более расплывчато?

— Это не ответ, – я скрещиваю на груди руки. – Хотелось бы услышать побольше определенностей.

Кэш ухмыляется, отчего во рту появляется привкус горечи. Почему мои слова звучат так, будто я навязываюсь быть его другом или что-то в таком духе?

— Игра есть игра. Ты получила ответ. Теперь моя очередь.

— И каким будет твой первый во…

— Тебе нравится Блаунт? – не дожидаясь того, когда я закончу, спрашивает он.

Я в замешательстве смотрю на него. Вся насмешливость, которая обычно сопровождает Кэша, отсутствует. Он крайне серьезен.

— Ты имеешь в виду нравится, как… парень? – уточняю я.

— А разве он пытается стать твоим другом? – парирует Кэш.

— Нет, – признаюсь я. – Мне не нравится Джек.

Выражение лица Кэша остается неизменным. Кажется, он стал выглядеть более… зловещим.

— Твой второй вопрос, Кимберли.

— Как ты нашел Голди?

— Не мне тебе объяснять, как легко можно собрать информацию о чем угодно и о ком угодно, имея деньги и связи.

Меня не удивляет его ответ. У Аматорио много денег и возможностей. Я знаю, что в их распоряжении имеется частный семейный детектив.

— Зачем ты помогаешь мне?

— Сейчас моя очередь задавать вопрос, – Кэш прищуривается. – Ты была в ресторане с Блаунтом, потому что так хотел твой отец?

Смущение взрывается в моей груди. Я испытываю уязвимость при мысли о том, что Кэш знает: отец настоял на свидании с Джеком. Мои щеки пылают, и я отворачиваюсь. Краем глаза я замечаю, как Голди подходит к Кэшу. Мой питомец утыкается носом в его бедро, и Кэш вытаскивает руку из кармана, чтобы погладить его и почесать за ухом.

— Я благодарна тебе, что ты помог мне вытащить Голди. Но тебя не касается, что происходит внутримоейсемьи. Это личное.

Я слышу приглушенный звук шагов и поворачиваюсь. Кэш направляется ко мне, и я нервно сжимаю в руке подол платья, торчащий из-под края толстовки. У меня бегут мурашки по коже в предвкушении, что скоро Кэш окажется рядом.

Почему мне так нравится чувствовать его приближение?