Книга Исчезнувшая, страница 138 – Мари Мур

Какая же я тупица. Как я могла забыть о том,кто такой Кэш?О чем я только думала, когда влюбилась в него? Когда отдала ему все, что у меня было? Почему ему оказалось меня недостаточно?

«Потому что он монстр, неспособный любить, –пытается достучаться разум до моего сердца. – Он наигрался с тобой и бросил»

Я слишком раздавлена и сломана, чтобы принять большинство фактов. Я в ужасном беспорядке и с трудом пытаюсь осмыслить все, что между нами было.

Ты помнишь, какая была моя любимая игра?

Это было первое, что спросил у меня Кэш, когда я вернулась в Бостон.

Твой отец запретил мне к тебе приближаться. Ты забыла, как я относился к запретам? Ничего не изменилось. Я поймаю тебя, прежде чем твой папочка успеет тебя от меня спрятать.

Его слова всплывают в голове самым страшным кошмаром. Я оказалась очередной игрушкой, которую нужно поймать. И все действия, поступки и обещания Кэша оказались хорошо спланированными ходами в его больной и извращенной игре. Отлично продуманной и тщательно подготовленной игре.

И она закончилась. Кэш выиграл. Он добавил Кимберли Эванс в свою коллекцию разбитых сердец.

* * *

Однажды Алессия сказала мне: «Поверь, в жизни бывают моменты, когда ничего нельзя исправить. Даже с помощью больших денег. Вот тогда это уже можно считать поводом для печали». Я была с ней согласна. До тех пор, пока ее сын не вырвал из груди мое сердце и бросил его под мчащийся поезд.

Я понимаю, что в мире есть намного страшнее вещи, чем предательство популярного парня-квотербека, в которого я имела глупость влюбиться. Я понимаю, что в мире каждый день парни бросают девушек и жестоко обращаются с ними. Но все же не могу справиться с разрушающей болью.

Как только я представляю Кэша и незнакомую девушку, словно в сцене из порно, как только в моей голове звучит его голос, когда он говорил, что я была для него игрушкой, в меня вонзаются тысячи невидимых ножей. И каждый из них добирается до моего сердца и режет. Режет. Режет…

— Привет, Кимми, – в школьном лобби мне улыбается Тайлер. – Как ты себя чувствуешь после болезни?

— Привет, – мне не удается изобразить даже жалкое подобие улыбки. – Мне уже лучше, спасибо.

Как бы мне не было невыносимо и плохо, я все-таки должна продолжать жить. Продолжать подниматься с постели, приводить себя в порядок и ходить в школу. Несмотря на то, что мне хочется остаться у себя в спальне и не выбираться из нее ближайшие несколько лет.

— Ты почти месяц не ходила в школу, а мне кажется, будто прошло полгода, – говорит Тайлер.

Мой друг не знает, что произошло со мной за этот период. Но Тайлер даже не догадывается, насколько он прав. С некоторых пор время для меня приняло совершенно другое измерение.

С того момента, как я получила злосчастное видео, прошло чуть больше недели. И каждый из этих дней был ужасным. Я не могла нормально спать. Я не могла нормально есть. Я даже не могла нормально дышать. Любая секунда была моим личным адом.

Но я нашла в себе силы занести в черный список номер Кэша и заблокировать его во всех соцсетях. А еще убедиться, что вентиляционное отверстие в хозяйственной комнате находится под ежеминутным наблюдением. Я приняла все возможные меры, чтобы Кэш больше не мог до меня добраться. По крайней мере, на территории моего дома.