Книга Доверие, страница 176 – Мари Мур

Он переводит взгляд на меня, и я вижу его глаза. Он смотрит на меня так, будто мои дни уже сочтены.

Слезы текут по щекам, я дрожу от беззвучного рыдания. Как же мне хочется стереть с лица земли всех ублюдков! Чтобы они больше никому не причиняли боли и страданий.

Похититель в джинсовой куртке выпрямляется в полный рост и подходит к камере. Какое-то время они оба молчат, настраивая объектив, и мое затрудненное дыхание – единственное, что нарушает тишину в комнате. А потом до моих ушей доносится приглушенный звук, который я слышала ранее – шум воды.

Слезы застилают глаза, и я смахиваю их. Я должна взять себя в руки. На продажу спортивного комплекса у Даниэля уйдет, как минимум два дня. За это время мне нужно узнать, что это за место, в котором меня держат. И если я выясню, где нахожусь – я могу попытаться придумать план, как сбежать.

* * *

Перед тем, как записать видео, я разыгрываю спектакль, что у меня ужасно болит живот. Я превращаюсь в ту, какой меня должны считать мои похитители – слабую и больную. И не смогу и слова из себя выдавить, если не схожу в туалет в ближайшее время.

Меня выводят из комнаты, удерживая с обеих сторон. Я болезненно кряхчу и стону, стараясь рассмотреть каждую деталь, пока меня ведут по узкому коридору.

Однако ничего не говорит мне о том, что это за место. Старый ламинат и стены, покрытые серой краской, потрескавшейся от времени. В конце коридора есть окно, но вид из него загораживает силуэт человека. Он более худой, чем два других моих похитителя, его лицо также скрыто черной непроницаемей балаклавой.

Значит, я была права. Ублюдков, как минимум, трое.

— Надеюсь, тебе можно доверить отвести ее в туалет? – спрашивает мужчина в черном свитере и грубо хватает меня за волосы.

— Больно! – кричу я.

— Мне похуй, – он смотрит на меня, прищуривая глаза. – Только попробуй что-нибудь вытворить. Я тебя так отделаю, что твой брат будет получать тебя обратно по кускам в коробках из-под обуви.

Он заталкивает меня в небольшую комнату с такой силой, что я чуть не ударяюсь головой об раковину. Здесь воняет мочой и прогнившей едой, и к моему горлу подбирается тошнотворный ком. Я прикладываю руку к лицу, чтобы не дышать омерзительным запахом, и кошусь на унитаз. Затем поднимаю взгляд и вижу под потолком слуховое окно.

— У тебя не больше трех минут.

Ублюдок в джинсовой куртке заходит следом за мной, закрывает дверь и прислоняется к стене, скрестив на груди руки.

— Ты издеваешься? Я не буду ничего делать в присутствии других!

— Ты выжила из ума, раз считаешь, что я оставлю тебя одну.

— Тогда в ближайшее время мне будет плохо от того, что я не могу опорожнить кишечник. Потом начнется интоксикация и потеря сознания. И ты не сможешь записать со мной видео и доказать брату, что я жива!

Конечно, я приукрашиваю факты, но что еще мне остается делать в сложившейся ситуации? Я сомневаюсь, что похититель отлично осведомлен в вопросе запоров, и в медицине в целом.

Я в упор смотрю на ублюдка, когда он разворачивается ко мне спиной и бросает через плечо.

— Я не уйду. Тебе придется делать свои дела в моем присутствии.

Мои глаза устремляются к узкому слуховому окну. Обычно, такие окна располагаются на чердаках или на последних этажах зданий. И пока есть такая возможность, мне нужно к нему подобраться.