Книга Искушение, страница 68 – Мари Мур

— Боишься, что Жасмин не устоит перед моими прикосновениями?

Боже, я отказываюсь верить в то, что разворачивается передо мной. Даже на день рождение братья не могут перестать воспринимать друг друга в штыки. Неужели, они постоянно видят друг в друге соперников?

— Единственные прикосновения, перед которыми я не могу устоять – это прикосновения твоего брата, – я в упор смотрю на Кэша, а затем перевожу взгляд на Десмонда. – У твоего брата сегодня день рождения. И я имею право согласиться на его приглашение.

После моих слов Десмонд прищуривается, а Кэш поднимает руку, немым жестом приглашая на танец. Я вкладываю ладонь в его, замечая, как напрягается челюсть Десмонда.

— Только посмей опустить руки ниже ее лопаток. Мне все равно, что у тебя сегодня день рождения.

Уголок губ Кэша вызывающе приподнимается.

— Значит, ты все-таки боишься, что я могу увести ее…

— Кэш, заткнись и танцуй со мной, – я оттаскиваю его подальше от Десмонда, пока тот не успел окончательно разъяриться.

Блюзовая вокалистка объявляет песню «Mad About You», и плавная тягучая симфония заполняет пространство. Я ожидаю, что Кэш будет вести меня под музыку, как Десмонд. Однако Аматорио-младший разворачивает меня к себе спиной, положив руки на талию и двигаясь вместе со мной влево-вправо. Не зная, куда деть свои руки, я неловко размещаю их поверх рукавов пиджака Кэша.

— Ты открыл клетку со львом и размахиваешь перед ним куском мяса, – предупреждаю я.

— Десмонд сам говорил, чтобы я не трогал тебя ниже лопаток, – иронично возражает Кэш.

Я оглядываюсь через плечо, замечая, как Десмонд огибает танцпол и наблюдает за нами.

Даже с расстояния я могу увидеть, как он напряжен. Его потемневшие голубые глаза сосредоточены на руках Кэша, лежащих на моей талии.

— Как думаешь, каким способом мой брат сейчас мысленно убивает меня? – спрашивает Кэш, наклоняясь к моему уху. – Поливает бензином и поджигает? Или избивает до потери сознания?

Кэш посмеивается, и его грудь подрагивает возле моей спины. Я не собираюсь участвовать в его провокации, поэтому убираю его руки, чтобы в следующую секунду развернуться к нему лицом.

— Я могу в любой момент прекратить танец, – строгим тоном произношу я.

— Ты – зануда.

Кэш размещает руки немного выше уровня талии, и мои глаза расширяются. Впервые Аматорио-младший поступает так, как его попросили.

Я кладу ладони на его плечи, и мы продолжаем танцевать, плавно двигаясь в такт музыки.

— Зачем ты это делаешь? – спрашиваю я.

— Мне исполнилось восемнадцать, и я хочу потанцевать с самой красивой девушкой в доме.

— Я не имела в виду танец. Зачем ты провоцируешь Десмонда?

Голубые глаза Кэша изучают мои, прежде чем он отвечает:

— Кроме того, что мне это нравится, я хочу, чтобы мой брат немного помучился, – Кэш оглядывается через плечо и смотрит на Десмонда, не спускающего с нас глаз. – Но больше всего я хочу, чтобы он не делал тех ошибок, которые совершал я.

Я уверена, что Кэш совершил много ошибок. Уверена, что не только со мной он вытворял дерьмовые поступки. Ему нравится «играть с людьми». И его можно сколько угодно за это осуждать и ненавидеть.

Но у меня нет в этом необходимости. Я вижу в Кэше не просто избалованного психа-миллиардера, находящего удовольствие в опасных выходках. Кто знает, что вытворяла я, будь у меня столько же денег и вседозволенности, как и у него?