Книга Искалеченные. Книга 2, страница 33 – Мари Мур

Однако Лин казалось, что она сошла с ума. Точнее, в ее голове поселился сумасшедший. Или как еще назвать то состояние, будто перед Лин показывали фильм из ее воспоминаний? Они были настолько яркие и красочные, словно все произошло несколько минут назад, а не спустя несколько лет.

Сейчас Лин не сидела на балконе и не смотрела на ночной Бостон. Сейчас ее взгляд был прикован к носкам ее туфель, которые утопали в раскопанной влажной земле на кладбище в Детройте.

– Линдси, прими мои соболезнования, – раздался голос, и какой-то женский безликий силуэт обнял Лин, прижав ее к груди.

В этот момент Лин почувствовала… Ничего… Пустоту… И она так и не смогла выдавить из себя слезу.

Женщина выпустила ее из объятий и отошла в сторону, уступая место миссис Коултэр. Лин подняла взгляд на мать и встретилась с ее глазами, полными упрека. Поджав губы, миссис Коултэр наклонилась к Лин, и вместо того, чтобы обнять дочь, прошептала:

– Неблагодарная девчонка, это же твой отец, – прошипела она. – Постарайся хотя бы при родственниках изобразить траур.

Внезапно Лин захотелось закрыться ото всех в своей маленькой комнате, спрятать лицо в подушку и никого не слышать и ничего не видеть.

Воспоминание рассеялось, оставив Лин наедине со своими мыслями. Горестно вздохнув, она задумалась: как бы сложилась ее жизнь, если бы ее отец не ушел из семьи? Была бы в этом случае счастлива мать? И дочь перестала бы быть причиной ее недовольства?

Лин хотелось об этом узнать все свое детство. Поэтому на свои дни рождения она дула на торт с зажженными свечами и загадывала желание, чтобы папа вернулся. Но чуда не произошло, и желание маленькой Лин так и не исполнилось. Отец вернулся лишь перед своей смертью, и после этого Лин возненавидела все, что связано с кладбищем, похоронами и мертвецами.

Лин уже хотела уйти с балкона и вернуться в теплую квартиру. Но вдруг перед ее глазами вновь промелькнули яркие моменты из прошлого, как кадры из фильма. Только в этот раз все они были связаны с Рэймондом.

Первый кадр.

Маленький номер отеля. Рэймонд и Лин сидят на полу, раскуривая самокрутку из страницы книги Шекспира. Рэймонд заправляет прядь волос за ухо Лин, и его низкий проникновенный голос закрадывается ей в самое нутро:

– Я готов прочитать с тобой все сонеты. Я люблю тебя.

Второй кадр.

Испуганная Лин сидит на столешнице на кухне, пока Рэймонд в сердцах кидает в стенку аптечку. Раздается глухой звук от удара, громкие скорые шаги, и он пулей выходит из квартиры. Новость о встречном обвинении от Майка Рэймонд встретил в своей разрушающей стихии гнева и ненависти.

Следующий кадр.

Лин подсматривает за Рэймондом в приоткрытую дверь. Со всей мощью он колотит мотавшуюся из стороны в сторону боксерскую грушу. Пот струится по его широкой сильной спине, майка прилипла к телу, очерчивая каждый каменный мускул, покрытый татуировками.

Лин так заворожена этим зрелищем, что не в состоянии отвести взгляд. Неожиданно Рэймонд останавливается и оборачивается. В это мгновение сердце в груди Лин подпрыгивает и катится вниз. Ее ноги сами прокладывают путь к бегству, но Рэймонд догоняет Лин в коридоре. А затем прижимает к стене и полностью завладевает ее губами, пока его руки жадно исследуют тело. От его прикосновений по коже пробегают сотни тысяч мурашек.