Книга Пешка. Игра в любовь, страница 75 – Лила Каттен

— Не-а, про мудака я уже слышал. Ты хотела сказать что-то другое.

— Да просто, ты всегда был угрюмым и злым придурком, на которого я не обращала внимания.

— И как же я его обратил в итоге на себя?

— Когда попытался тот дешевый подкат осуществить.

— Сразу все поняла?

— Нет, не то, что ты пытался провернуть в итоге. Но неспроста все это было. В общем, права оказалась.

— Хочешь сказать, в итоге не повелась бы?

— Макс, ты, наверное, думаешь, что ты мегакрутой парень. Но не все девушки готовы на меньшее.

— То есть, я меньшее по сравнению с Иваном?

Эти слова надо признать, сильно задели, что я стал злым.

Хотя, наверное, заслужил. Но все равно сильно царапнуло.

— Я не сравниваю тебя с ним. Я сравниваю с собой. Теперь я понимаю, что вы оба меньшее, чем я хотела и буду хотеть в дальнейшем.

Мы уставились друг на друга через экран и молчали.

От идиотских речей отвлек стук в дверь.

— Я должен идти. До вечера.

Сбросив, я свернул окна и пригласил в кабинет визитера, совершенно не слушая, что мне говорят.

Евгения

Когда разговор с Максом был завершен, я хотела испытать триумф.

Я задела его своими словами. И они были правдой. Но не испытала. Поэтому разозлилась.

Он нарочно пытается стать другом, заставить меня думать, что я не хочу злиться на него. Но это не так.

Мы не друзья и все эти разговоры – просто пустота.

Собравшись с мыслями, я, окончательно проснувшись позвонила Лене.

Мы встретились в парке.

Погодка была хорошей, поэтому решили погулять, а потом пообедать в привычном кафе.

— Не ожидала тебя тут увидеть. Ты не позвонила.

— Внезапные планы. Не стала будить.

— Эй, я вроде как подруга твоя. Имеет ли для друзей время звонка значение?

— Ну Лен.

— И не строй мне свои глазки. Рассказывай, что за дела привели? И когда назад в город вернешься?

— Ты же слышала, что произошло?

— Да. И это ужасно. Бедный ребенок.

— В общем, семь лет назад было подобное. Умерла девочка, это была Макса сестра.

— Какого Макса? Того самого?

— Да. В общем, он, как оказалось, вообще хочет семью Поповых в пух и прах разнести.

— Ничего себе новости.

Она выглядела ошеломленной моим заявлением, впрочем, как и я, впервые узнав все это.

— И вы сейчас типа объединились?

— Да. Все же я работала там, в некоторых моментах разбираюсь. Не знаю каков план, но надеюсь, что все удастся.

— Ты просто представь ее падение? Это будет эпично.

— Жаль, что до этого дошло таким путем. Эти дети ждали спасения. Родные… А тут.

Сердце сжалось от внутренней боли, которая разрасталась от мыслей о несчастных детях.

Перекусив в кофейне, мы еще немного побродили по торговому центру и разошлись.

Лена предложила остаться у нее, но нам с Максом нужно было поработать над тем, что он скачал из компьютера. А сколько времени это займет, я не имела понятия.

К вечеру я пораньше приняла душ. Потому что Макс придет неизвестно во сколько, и также не знаю, когда мы закончим. Боюсь не останется сил на душ.

Приехал он в итоге в девять почти.

— Почему так долго?

— Я надеялся на теплый прием. Или все в спальне?

— Какой еще прием? Сижу тут и жду.

Он подошел ко мне вплотную и нахально улыбнулся.

— А может, я нарочно, чтобы изнывала без меня…

— Слушай, нытик. Я сейчас развернусь и пойду спать. А ты… – но я недоговорила, потому что он поднял свою руку и пальцем поперек губ сбил весь настрой на громкую речь.