Книга Пешка. Игра в любовь, страница 49 – Лила Каттен

Все это время, Макс держит меня. Сначала он держит, чтобы не стала орать, буянить и портить праздник. Потом, чтобы не рухнула на пол. Разве можно поверить в такое? Я скорее решила бы что мои глаза меня обманывают, чем в правдивую картинку на том конце церкви.

Никто не понимает.

Я, возможно, уже догадалась, но не уверена, что способна на рациональные мысли.

После поцелуя молодоженов Иван берет слово.

— Спасибо, что пришли на нашу с Вероникой свадьбу. Полагаю, что вам интересно кто эта прекрасная девушка. Будьте знакомы – Вероника Гришина, в замужестве Попова, – все смеются. – К тому же у нас еще одна новость. Мы с Никой скоро станем родителями и очень взволнованы.

Родителями? Как такое возможно? Если мы вместе год? Этот мерзкий подонок мне изменял?!

Господи!

— Основной вопрос, почему вы наблюдаете мою свадьбу с Никой, а не с Евгенией? Ответ прост – она мне изменила. Это не домыслы. Я все видел своими глазами. Поверьте, там несложно было догадаться, что они занимались именно сексом, а не в доктора играли. Не так ли, Жень?

Все головы поворачиваются в мою сторону. Макс отступает на полшага, а я стою там. Униженная и растоптанная.

Наблюдаю за тем, как Иван берет невесту за руку и идет вперед. Прямо к выходу.

Когда они равняются со мной, Ваня наклоняется и спрашивает:

— А ты думала, что я позволю тебе остаться безнаказанной, дрянь. Что я реально с тобой помирился? Шлюха.

Я так растерялась, что у меня пропал голос.

— Спасибо, Макс, – подмигивает другу, стоящему позади меня, и уходит.

Я же заползаю обратно в комнату невесты и пытаюсь раствориться в собственных слезах. Уже сегодня интернет будет пестрить новостью об этом, и моя работа в фонде закончится. Все, чего я с таким трудом добилась, разрушено.

— Мне жаль рыбка, но я предупреждал, – шепчет этот змей за моей спиной и выходит к остальным гостям, оставляя одну, погребенную стыдом.

Я остановилась напротив приоткрытой двери и наблюдала за тем, как толпа осуждающих гостей проходила мимо, не забывая посмотреть на меня.

Кем я была в глазах тех, кого даже не знала, по сути? Во мнении людей, которое было для меня неважным?

Мне было все равно, ровно до тех пор, пока передо мной не появилась Ольга Федоровна.

За эти несколько минут я успела приготовиться к тому, что она войдет и скажет мне что-то в защиту. Что-то отчего станет легче. Это казалось мне как воздух важным, потому что почва из-под моих ног ускользала с каждой долгой секундой, уходящей в никуда. Она рассыпалась и падала в бездну.

И вот она вошла. Медленно. Пронзительно смотря на меня, как на… грязь. Смотря на что-то мерзкое и отвратительное.

К этому я не была готова.

Ее каменное лицо, лишенное за секунду любых эмоций, откинуло за тысячу километров отсюда. Это был сильный удар. Из тех, к которым ты никогда не можешь быть готовой.

Она молчала.

Я тоже.

Шок захватил в плен мой голос, мое тело, все функции моего организма, поэтому не было ни малейшего шанса отреагировать… Отреагировать на то, как ее рука взмыла в воздух и опустилась на мою щеку хлесткой и жгучей пощечиной.

Меня больше не держали ноги, и я повалилась на кресло позади меня.

Лицо горело адским пламенем. Мои инстинкты защищаться сработали безупречно. Я сжалась в комок и не могла пошевелиться. Не говоря уже о том, чтобы поднять глаза и посмотреть на нее. Хотя мозг пульсировал от несправедливости и мысленно я уже произносила отважную речь.