Книга Devil ex machina, страница 281 – Марьяна Куприянова

Ян злился на себя: он и представить не мог, что на этот раз человеческое тело сделает его столь слабым и податливым. До заинтересованности Фаиной ему удавалось держать марку, но как только он узнал ее поближе, стал приходить к ней по ночам… все сломалось. Или все потому, что он превысил лимит и задержался здесь из-за нее? Давно надо было уйти, пресечь на корню свою привязанность к женщине! Как гнусно с его стороны требовать от нее ответных чувств. И как глупо было в упор не замечать, что эти чувства уже давно пожирают ее изнутри, словно инфекция.

Но сейчас это не имеет значения. Ему следует исчезнуть, и это лучшее, что он может сделать для нее. Ян ни на миг не забывал слова, которые Фаина произнесла тем вечером, когда они нелепо повздорили из-за Гены: «Никто не хочет умирать, Ян». Из ее уст они прозвучали как усталое оправдание, но она имела полное право напомнить ему об этом. Конечно, она не хочет. Он тоже не хочет, чтобы она умерла.

Фаина молода и привлекательна, тонко чувствует мир, интуиция никогда не подведет ее. У нее впереди долгая счастливая жизнь – без него. Без него! Как вообразить это? Быть вместе – красивая, но несбыточная мечта. Его присутствие рано или поздно убьет ее, к тому же у Яна есть особые обязательства, и навсегда остаться по эту сторону ему не позволят. Забрать ее с собой? Худшего и представить трудно. Нет. Нельзя. Даже не помышляй об этом.

«Но как все это случилось? – спрашивал Ян и не находил в себе ответа. – Как я мог допустить такую оплошность? Все началось с невинного разговора, мимолетного взгляда, а превратилось в несущуюся лавину. Я не человек и не могу испытывать человеческих чувств. Точнее, не мог, хотя и пытался. Пока не появилась моя Фаина. Жестокая и робкая, прямая и гибкая, болезненно слабая и могущественная Фаина. Только такую, как она, могло возлюбить существо, не способное любить. Ведь я поднялся в этот мир не для того, чтобы мучиться и цепляться за него из последних сил. Я явился, чтобы ломать сильных и пожирать слабых, чтобы лучше понимать этих странных людей и то, что заставляет их страдать – кроме физической боли. Теперь я понял.

В Фаине есть нечто… необыкновенно знакомое, но не поддающееся описанию и классификации. Из-за привязанности к ней этот раз станет для меня последним. Больше я не стану посещать мир людей ни под каким предлогом, особенно от скуки, как иногда это делают другие. Такой, как она, больше не родится. Я уверен в этом, незачем даже проверять. Я всегда буду любить только ее, даже когда забуду о ней: за сотни лет до ее рождения, сотни лет после ее смерти. Лишь бы эта смерть не наступила по моей вине. Вот, что самое главное. Остальное лишь пыль, и время ее рассеет.

Ян твердил себе, что даже эта последняя встреча ни к чему хорошему не приведет. Оправдание слабости, желание еще раз немного побыть с нею, возможно, нарушить собственные обеты. Исправить что-то… напоследок. Нет! Он должен прекратить это. Не прикасаться к ее жизни своими мерзкими трупными когтями. Она спокойно проживет без него, вот, что следует объяснить Фаине. Ей может лишь казаться сейчас, что она в нем нуждается, должна быть рядом и любит его. Им всем это только кажется, ибо так устроен Ян. Но едва он покинет эти места, морок рассеется. Ей станет лучше, она задышит полной грудью, оклемается, возьмет себя в руки.