Книга Constanta, страница 76 – Марьяна Куприянова

Вернувшись в общагу в то утро, я действительно опасалась случайно встретить Константина Сергеевича. Я была слишком не в форме, чтобы отбивать его нападения, поэтому перед каждым поворотом замирала, прижимая к груди пакет с лекарствами и, действуя как спецагент, выглядывала из-за угла, рекогносцируя местность, и только потом шла дальше. Так никого и не встретила, кроме Тихоныча – электрика, который, будучи уже в первой половине дня подшофе, странно на меня посмотрел.

— Тихоныч! – я припоймала его подозрительный взгляд. – Тебя можно попросить?

— Отчего же нет, – еще более странно поглядывая на меня, ответил электрик.

— Ты же у нас каждый день по этажам ходишь, проверяешь там все, электричество, проводки, лампочки, да?

— Да-а-а… – совсем не понимая, чего от него хотят, но начиная что-то заподазривать, протянул мужичок.

— Всех видишь, за всеми наблюдаешь. Так?

— Ну…

— Тихоныч. Ты запоминай сейчас: если увидишь тут взрослого мужика, вроде как препода по виду, интеллигентный такой, но здоровый, – я сопровождала речь жестами, стараясь на себе показать, как выглядит Довлатов, и одновременно представляя, как нелепо это выглядит со стороны, – волосы черные, сам высокий, понял? Увидишь его – ни в коем случае не показывай, где я живу. Понятно?

— Понятно. Хахаля отшить – чего ж тут непонятного? Кто ж его вообще в общежитие пустит?

— Да не хахаль он, – расстроилась я. – Преподаватель.

— Преподавателя пустят, – задумался Тихоныч. – Ну, я понял, если спросит – показать.

— Что? Нет! Я тебе что сейчас талдонила? Не показать, наоборот!

— Что наоборот? Самому отвести?

— Прости господи! – окончательно расстроившись, я махнула на электрика рукой и пошла в свой блок.

Ольга с этой истории поржала, а вот мне было не до смеха. Меньше всего хочется видеть Константина Сергеевича здесь, когда я больна и у меня нет сил противостоять его психологическим атакам.

Если он придет, Ольга мне не поможет, даже если захочет – он вытряхнет ее из комнаты, как крошки со стола, и дверь еще запрет. Для этого человека не существует преград, когда он к чему-то стремится. А потом он потребует объяснений, и мне ничего не останется, кроме как рассказать всю правду, которую я не горю желанием больше никому рассказывать. Вообще. Хватит и того, что Ольга все знает.

Ближе к вечеру случилось кое-что, заставившее меня вновь поверить в свои силы и осознать, что пусть я еще слаба, пусть еще бессильна, но обязательно выздоровлю, и есть во мне потенциал, есть еще порох в пороховницах.

— Я пошла мусор выбрасывать, – предупредила подруга. – Тебе ничего не хочется? Могу в магазин забежать.

— Нет, я ничего не буду. Потому что, принимая антибиотики, нельзя употреблять алкоголь.

— Я бы тебе все равно не купила, будь даже простые таблетки. Ну, все, я убежала.

Мусоропровод по всей общаге давно сломан, а это значит, каждый сам выносит свои отходы во двор. Я ненароком глянула в окно и вниз – у мусорных баков стояла компания из двух парней, отсюда не различишь, какой национальности. Но вроде бы еще светло, не думаю, что у Ольги возникнут проблемы. Ребята курили и разговаривали, а я сидела у окна с игрой на паузе и ждала, когда в поле зрения появится светлая маленькая фигурка. Наблюдая, как подруга проходит мимо тех двоих, складывает мешки в бак, а они пристально за ней следят, я сразу же поняла, что надо идти.