Книга Grunge Pool Drive 85, страница 61 – Марьяна Куприянова

В назначенный день я явилась с большим опозданием, извинилась, поздравила Генри с 26-летием, и после обмена любезностями заняла позицию во дворе, недалеко от бассейна, чтобы затеряться среди суматохи и беспрепятственно наблюдать за присутствующими.

Это была обыкновенная молодежная вечеринка на дому – с пивом, барбекю, картошкой фри, морем пиццы и громкой музыкой. Удивительно, но иногда здесь звучали и те песни, которые я могу назвать нестареющей классикой рок-н-ролла. Но изредка. Гостей пришло действительно много, что заставило поволноваться – никого, кроме гонщиков, я там не знала.

Генри пригласил множество девушек, и это мне не понравилось. На фоне каждой из них я выглядела, словно бледная тень, несмотря на то, что тем вечером очень долгое время посвятила тому, чтобы произвести впечатление на мужскую половину гостей. Однако хорошие отношения с хозяином дома и его друзьями-гонщиками восполняли эту брешь. Едва мы начали общаться о предстоящем чемпионате, временами переходя на язык профессионализмов, я замечала на себе недовольные взгляды красавиц Уотербери, возмущенных тех, что я отнимаю у них внимание мужчин, а о своем внешнем виде забыла напрочь.

На песне Skid Row – «Youth Gone Wild», в самый разгар торжества, на вечеринку ворвался Соулрайд, что показалось мне символичным. Этот трек очень даже подходит к запальчивому и взрывному нраву Гектора. Поздравляя Генри, он нервно улыбался и рыскал глазами в толпе, выискивая что-то.

Длинноногие фанатки обступили его с обеих сторон, загадочно улыбались и посмеивались, не давая прохода, однако Гектор их совершенно не слушал и то и дело дергал плечом или рукой, с раздражением и даже некоторой стыдливостью сбрасывая с себя нежные девичьи ладони. Позабавленная его нетипичным поведением, я вытянула шею, позволив, наконец, нашим взглядам встретиться, и мгновенно прочла облегчение на лице рыжеволосого мужчины.

Он был одет в неброские, но дорогие вещи – не нужно быть экспертом в моде, чтобы заметить это с первого взгляда. Очень жаль, если они испачкаются в пиве или кетчупе, которые льются здесь рекой. Хотя, пожалуй, армия поклонниц с радостью разденет кумира и вручную все отстирает, лишь бы добиться его внимания и благодарности. А я постою в сторонке и полюбуюсь этим цирком, злорадно посмеиваясь.

— …так вот, Нэвилл мне заявил, якобы «Наскар» лучше, чем Формула-1, – продолжал между тем Саймон, обращаясь ко мне и еще паре гонщиков. – Говорит, там интереснее. Сара, ты бывала на гонках «Наскар»?

— Нет, но я знаю, что там другая трасса и обычные автомобили, не болиды.

— Вот! Вот именно! Ну что интересного в том, чтобы все время ехать по кругу, по кругу, по кругу?.. Один поворот, и все время влево. Вот скукота…

В продолжение вечера я ловила на себе зеленый взгляд долговязого гонщика, чуть более пристальный, чем следовало бы ожидать. Такое внимание к моей персоне не осталось незамеченным, особенно женской половиной собравшихся. Я старалась общаться со всеми, кроме Гектора, избегала компаний, где он вступал в беседу. Так, блуждая от одной группы людей к другой, лишь бы не находиться рядом с Соулрайдом, я много с кем познакомилась, произвела благостное впечатление и, что самое главное, раздразнила Гектора.

Как раз, когда Ридли, Пол и я обсуждали Хартингтонов (оказывается, мужчины тоже не прочь посплетничать, да еще как!), выпивая по чуть-чуть ради удовольствия, Гектор направился к нам, сверля меня глазами, будто хотел приковать к месту одним взглядом. Ему не понравилось, что я весело провожу время с его друзьями, а от него все время ускользаю.