Книга Grunge Pool Drive 85, страница 47 – Марьяна Куприянова

Нет, он не был красивым, по крайней мере, в моем понимании. Именно это меня так удивило, стоило мне в первый раз взглянуть на любимца публики без шлема. Однако все, что было в нем, было к месту. И темно-рыжие волосы, и щетина, и множество морщин на лице, и слишком светлые глаза, и высокий лоб, и выразительный подбородок. Природная цельность, завершенность всех этих черт в совокупности рождала силу, противостоять которой было невозможно. Влекомые ею, люди смотрели на Гектора и не могли оторвать глаз. Они потому и объяснить не могли – ни мне, ни себе – почему так любят восемьдесят пятого. Хотя, может, в этом и есть настоящая красота, и все мы заблуждаемся.

Не считая Гектора красивым, я, тем не менее, с вожделением пялилась на него. Его неприкрытая сексуальность впечатляла. Мне нравилось, как он двигается, как выглядит при ходьбе его длинные гибкое тело с длинными конечностями, как он стоит на одной ноге, натягивая на другую высокий гоночный сапог, как хлопает кого-то по спине, взмахнув рукой, как садится в кабину болида, надевает шлем и в последний раз оборачивается на механиков, едва оголив жилистую шею, прежде чем дать по газам.

От ребят с работы я узнала о Гекторе новые подробности. Оказалось, он живет в Уотербери с рождения, но в гонки пришел далеко не сразу. Сначала отучился в местном вузе, получил техническое образование и благополучно устроился работать инженером на электростанцию в нескольких милях от города. Услышав это, я была поражена. Как? Соулрайд – инженер? Но меня заверили, что так все и было, в интернете можно почитать его полную биографию и множество интервью, которые он охотно дает.

— Раньше гонки для него были просто хобби, – поведал Дуглас. – А потом он бросил работу ради своего увлечения. Кто бы на его месте поступил иначе? Гектор создан для Формулы-1. Мы все рады, что он правильно расставил приоритеты. Радостно видеть, когда человек находит свое место в жизни и получает от этого удовольствие.

Тут я с ним согласилась. В мои планы не входило изучать биографию Соулрайда или читать интервью с ним. Он и без этого был в моей голове постоянно. И по-детски наивно было надеяться на то, что это взаимно.

В один теплый вечер, когда небо уже розовело, предвещая безоблачный закат, я ехала по загородной трассе, доставляя заказ. Фактически имелись дома и за пределами Уотербери, но мое начальство настаивало на том, что и туда можно и нужно прокатиться. Для меня это не представляло тяжести, но некоторые курьеры жаловались, словно нас заставляли ходить туда пешком.

Удивительное по красоте небо плыло над моей головой, розоватое, воздушное и матовое. Дорога была практически пуста, но я все равно ехала у обочины. Здесь совсем другой скоростной режим, рисковать не хотелось.

В гармонии с собой я крутила педали и наслаждалась ощущением, которое дарит встречный ветер, воображая, будто скоро Гектор сдастся первый и заговорит со мной. Но неожиданно мою идиллию вспугнул автомобиль, обогнавший меня на высокой скорости. Мне показалось, что он чуть меня не задел, и я насторожилась, глядя вслед синему седану, который стремительно уменьшался.

Я не видела, что конкретно произошло, но услышала громкий хлопок, будто лопнул огромный резиновый пакет. После этого машина заюлила, снесла ограждение и вылетела за пределы трассы. Там она по инерции перевернулась несколько раз, с пугающим скрежетом подпрыгивая, покачнулась, стоя на боку, и опрокинулась днищем вверх. Не веря своим глазам, я как можно сильнее утопила педали, но расстояние все еще было огромным. На такой скорости они успели далеко уехать, а я выбивалась из сил, преодолевая это расстояние.