Книга Тьма по соседству, страница 80 – Марьяна Куприянова

Их взгляды пересеклись.

Теперь чай точно подождет.

Морально тяжело находиться один на один с существом, которое нельзя ничем смутить, нельзя вывести на эмоции, нельзя заставить произнести хоть слово или отвести глаза, если оно того не хочет.

Несмотря на множество вопросов, которые имеются у Фаины в его адрес, сейчас она не намерена его расспрашивать. Момент слишком неподходящий, плюс скоро придет Мила, плюс необходим хороший план. Или последняя капля, чтобы переполнить чашу терпения.

Девушка поднялась под неотрывным взором темной августовской листвы – взором надменным и подстегивающим. Подъем вышел излишне резким – голова ушла в крутое пике, ноги, затекшие от долгого сидения, не справились с простой задачей.

Большая доза сахара дала о себе знать, будто попала в кровь лишь тогда, когда девушка начала активно двигаться. Фаина пошатнулась и почти рухнула на пол, с грохотом схватившись за стул. Тот подскочил и громко ударился о стол, но все-таки спас ее от позорного падения. Крепко держась за мебель, будто за край обрыва, девушка поднялась на дрожащих ногах, избегая назойливого взора.

— Что с тобой? – нахмурился Ян.

Она повернула к нему голову и обожглась стыдом.

— Ничего.

— Врать мне бессмысленно.

— Да от тебя вообще трудно что-либо утаить. Включая собственные мысли.

Девушка выпрямилась и старалась привести в порядок дыхание. Казалось, еще минута на ногах, и она отключится. Как бы добраться до кровати?.. Эти несколько метров от кухни до комнаты в таком состоянии казались непреодолимыми. А присутствие Яна лишь усугубляет ситуацию.

За ошибки и слабости приходится платить.

И плата велика.

— Ты вредишь себе. – Ян скрестил руки на груди, осматривая ее исподлобья. – И тебе становится хуже.

Он становился все более раздраженным с каждым сказанным словом. И в то же время его тело напряглось – он готов был ринуться вперед и поддержать Фаину, если потребуется.

— Неужели? – Она попыталась удивиться его непобедимой логике, но голос охрип. – Как ты до этого додумался?

Даже сейчас, на грани обморока, она язвила в адрес Яна, сама не зная зачем. Очень хотелось пить. Как никогда прежде. Она – пустыня. Сейчас рухнет и рассыплется, забьется песчинками в каждую ямку и трещинку, останется здесь навсегда. Сухая и шуршащая, вечно выпрашивающая половую тряпку любой степени загрязнения, лишь бы с водой.

Ад.

— Сарказм тебе не поможет.

— И что же ты предпримешь на этот раз? – пришлось закашляться, чтобы продолжить: – Сделаешь так, чтобы у меня снова пошла кровь? Или что-нибудь серьезнее на сей раз? Я вся трепещу перед… твоим очередным фокусом.

— Этот тебе точно не понравится, – пообещал сосед.

— Можно подумать, мне нравились предыдущие.

Фаина не совсем понимала, о чем они говорят, но считала своим долгом поддерживать туманный диалог, удобряя едкими высказываниями. Не так уж часто Ян заговаривает с нею, чтобы упускать шанс что-нибудь выяснить или хотя бы уколоть его. Ну, или еще больше запутаться.

В голову словно киселя влили, мутного и густого, и теперь он там болтался, неравномерно застывший, ленивыми волнами катаясь от одного уха к другому. Мешал думать.

— Напрасно ты так с собой.

— Сама разберусь.

Нужно было уходить, но как заставить тело слушаться?

— Мне надоело.

— Что именно? – скривилась она, глядя мимо него.