Книга Тьма по соседству, страница 311 – Марьяна Куприянова

Теперь загадки нет.

Перед нею – демон из преисподней, неумело натянувший на себя человеческий «костюм», чтобы попробовать людскую жизнь на вкус и запах. Хотя бы временно. А теперь она видит, какой он на самом деле. С рогами, когтями и даже неким подобием хвоста – рудиментарным отростком в районе копчика. И все это выглядит как изуродованное или сильно загримированное человеческое тело, вот только… ей неважно.

Думать о том, что на самом деле происходит, не было ни малейшего желания. Если это случилось между человеком и таким, как он, значит, это возможно. Конец противостоянию. Она отдаст ему себя, потому что желает этого. А дальше пусть будет что должно быть.

И грех сладострастия поглотил их до последней клетки, мышцы и нерва.

Сложно сказать или хотя бы представить, сколько времени прошло, прежде чем Фаина вернулась в состояние осознанного восприятия действительности, – часы, сутки, неделя?

Она пришла в себя от далекого, но настойчивого шума, повторяющегося с определенной периодичностью. Что же это было? Известный ей с малых лет, но давно забытый звук. Такие звуки издает лишь нечто огромное. Масштабное.

Например, океан.

Ее пробудил шум волн, в этом нет сомнений. Проблема лишь в том, откуда им здесь взяться. Крупных водоемов, а тем более ревущего моря, рядом с общежитием не было и не могло появиться за одну ночь.

Фаина настороженно вскинула голову, хмурясь и прислушиваясь к ощущениям, которые посылало ей собственное тело. Что-то пульсировало болью, но пока сложно было вычленить из общего потока ощущений, что именно.

Ее мутило, и голова покачивалась из стороны в сторону, словно внутри перекатывалось что-то грузное, тяжеловесное. Свинцовые шарики. У нее были такие в детстве, найденные в отцовском гараже, где всегда было так много интересного. Крошечные, но такие тяжелые, что ребенку сложно в это поверить. Фаина, конечно, выросла, но до сих пор порою вещи и события поражали ее, словно ребенка.

Как и то, что она видела перед собой сейчас.

Девушка приподнялась и осмотрелась. Непонятное помещение, в котором она находилась, не пропускало внутрь ветер, бушевавший снаружи. Выстроенное чьими-то умелыми руками из подручных материалов, оно крепко стояло под гнетом океанской стихии.

Шум волн становился все более отчетливым. Слух и прочие чувства возвращались к ней после мучительного забытья, прореза́лись заново, как коренные зубы на месте выпавших молочных. Пахло свежей древесиной, хвоей и чем-то напоминающим… молоко? С каждой секундой окружающая обстановка вызывала все больше вопросов. Но нельзя сказать, будто Фаина была слишком удивлена – она уже привыкла к состоянию, когда в упор не понимаешь, что происходит.

Вдруг девушка обнаружила, что ей трудно пошевелиться. Она осмотрела себя и увидела, что плотно закутана в плед из шерсти, и, кажется, именно он пахнет молоком, словно… эту шерсть недавно сняли с кормящей овцы.

Бред какой-то.